3.1 Аджарский вопрос, как «камень преткновения» в грузино-турецких отношениях.
     Грузия состоит из 12 административных районов, каждый из которых имеет отличительные характеристики друг от друга. Особенно уникальным регионом, является регион на юго-западе Грузии-Аджария или Аджарская автономная республика. Многие века, Аджария была «камнем преткновения» на пути реализации геополитических целей и задач, стоящих перед двумя могущественными державами: Российской и Османской империями.      Автономная республика Аджария граничит с Турцией. Наиболее важный пункт пересечения границы с Турцией находится в городе Сарпи, Аджария. В то время как большая часть современной Грузии находилась под властью России, Аджария была частью Османской империи с 1614 по 1878 гг. Во время господства Османской империи в этом регионе большая часть местной, ранее христианской грузинской (лингвистической) политической элиты приняла ислам. Однако учитывая значительное турецкое языковое и культурное влияние, люди в Аджарии все равно продолжали использовать преимущественно грузинский язык в общении друг с другом и продолжали многие грузинские культурные традиции. Согласно Сан-Стефанскому договору, подписанному в 1878 году, Аджария была передана Российской империи. В то время мусульмане находились под значительным угнетением, и многие бежали из Аджарии и мигрировали в современную Турцию. Однако, многие грузинские мусульмане остались и стали подданными Российской империи, так как они чувствовали, возможность воссоединение со своим родственным грузинским народом. Царская Россия стремилась остановить миграцию из региона в Османскую империю путем введения привилегий, главным образом путем снижения налогообложения. Благодаря черноморскому прибрежному порту и индустриализации, столица Аджарии, Батуми, стала городом экономического и политического значения во времена российского господства. К концу девятнадцатого века Россия пыталась ослабить позиции грузинских мусульман, прекратив политику, которая поощряла миграцию и финансировала строительство мечетей в регионе Аджарии. Однако толчок к христианизации в регионе был неэффективным. Несмотря на религиозные различия, большинство мусульман в Аджарии продолжали называть себя грузинами. Между 1914 и 1921 годами влияние на Аджарию несколько раз менялось. Во время Первой мировой войны в Тбилиси был образован «Комитет по освобождению мусульманской Грузии», который попытаться вывести грузинских мусульман из-под влияния Турции. После прихода советской власти в регион, возникла угроза устоявшими религиозным особенностям всего Южно-кавказского региона. Перед руководством Аджарии возникли три возможных варианта дальнейшего существования. Первый предполагал воссоединение с Турцией, второй - образование независимого Аджарского государства, а третий – возврат состав Грузии. Прогрузинская ориентация оказалась доминирующей в регионе. В соответствии с Карским договором, в 1921 году Турция, как потомок Османской империи, признала членство Аджарии в Советском Союзе. В этом договоре Турция оговаривала, что Аджария должна иметь статус автономного региона, для защиты аджарского мусульманского населения. Как раз в это заключалась основное отличие от Абхазской автономии в составе Грузинской Советской Социалистической Республики. Абхазская автономия основывалась на этнических, языковых и культурных отличиях от Грузии, в то время как автономия Аджарии основывалась исключительно на религиозных различиях. После воссоединения Аджарии в качестве автономной республики с Грузией, Советское правительство начало проведение антирелигиозной пропаганды во всем регионе. Таким образом, в советское время грузинские мусульмане и христиане не замечали между собой особой разницы, особенно после 1926 года, когда Аджарская этническая группа была исключена из переписи и официально признана этнической грузинской группой.       Однако после распада СССР в 1991 году и появления на мировой карте новых независимых республик, в том числе Грузии, начинается новый этап противоречий между Грузией и Аджарской автономной республикой.       Политика гласности после распада Советского Союза создала атмосферу, которая вызвала рост национализма пост-советских государствах, включая Грузию. Волна этнического национализма в сочетании с религиозным возрождением стала очень очевидной с ростом власти Грузинской Православной Церкви. Усиливались религиозные противоречия внутри страны.       После обретения Грузией независимости, Аслан Абашидзе заместителем министра производства Грузинской ССР во время перестройки, потомок аристократии Аджарии, получил власть в регионе. Абашидзе контролировал перемещение товаров из Турции в Грузию, не передавая таможенные и налоговые поступления центральному правительству Грузии. После революции роз 2003 года конфликт между Тбилиси и Батуми обострился. Когда Россия отказалась поддержать его, Абашидзе больше не мог сопротивляться новому грузинскому правительству и оппозиции Аджарии и укрылся в Москве. В 2007 году было решено закрыть российскую военную базу в Батуми в Аджарии, в то время как экономическая роль Турции в регионе начала быстро расти.      Сегодня экономическое влияние Турции в Аджарии особенно велико, поскольку значительная доля турецких инвестиций в Грузию направляется именно в этот регион, главным образом в малый и средний бизнес. Помимо географической близости к Турции, турецкие компании привлекают жителей Аджарии своим намерением превратить Батуми в международное туристическое направление.      В настоящее время Конфликт между Батуми и Тбилиси в находится в неактивной фазе , права этой автономной республики значительно ограничены. Батуми не надеется на поддержку России и не требует особых отношений с Турцией. Линия конфликта проходит глубже в сообществе Аджарии. Проблема зависимости этого региона от Турции, которая обсуждается по всей Грузии, стоит особенно остро из-за близости Аджарии к Турецкой границе и преобладающему мусульманскому населению. Часть грузинского общества опасается усиления турецкого влияния в этом регионе, где почти 2/3  населения считают себя мусульманами, а оставшаяся треть - православными христианами.  Конфликты усугубляются, главным образом, турецким финансированием строительства новых мечетей или восстановления старых, которое обеспечивается Управлением по делам религии Турции «Диянат» или частными фондами. Из-за тесного слияния с Грузинской православной церковью, которая имеет грузинскую национальную принадлежность, грузинское (лингвистическое) мусульманское население Аджарии находится под скрытым давлением со стороны христианства. Грузинская Православная Церковь настойчиво требует прекращения строительства мечетей в обмен на реставрацию архитектурных памятников в историческом районе Тао-Кларджети.  Следующий конфликт сфокусирован вокруг восприятия экономического развития как негативного влияния турецких инвестиций. В последние годы в Батуми открылось много казино, а поскольку в Турции запрещены азартные игры, основными посетителями являются туристы и гости из Турции, что способствует формированию антитурецких стереотипов.  В преддверии парламентских выборов в Грузии в 2012 году кандидаты коалиции «Грузинская мечта» манипулировали антитурецкими стереотипами и обвиняли объединенное национальное движение Саакашвили, которое было у власти в то время, в продаже Грузии. В преддверии местных выборов 2014 года Альянс патриотов Грузии выступил с аналогичным заявлением, пытаясь начать политическую кампанию против строительства новой мечети в Батуми .      Турецкие религиозные организации имеют несколько десятков школ-интернатов в Аджарии, где дети из бедных семей получают бесплатное образование, после чего многие едут в Турцию, чтобы получить религиозное образование. Примечательно, что с 1993 года несколько тысяч граждан Грузии, в основном из Аджарии и Квемо Картли (регион юго-восточной Грузии, население которого в основном мусульмане), отправились в Турцию для получения религиозного образования (как высшего, так и профессионального) и курсов изучения Корана. Большинство из них вернулись и были зачислены на службу в мечети в разных населенных пунктах. Следует добавить, что помимо Турци"и некоторые грузинские мусульмане также отправляются в Иран и Саудовскую Аравию. По данным за май 2014 года, в Грузии было 311 действующих мечетей, и, несмотря на то, что большинство из них являются молитвенными домами, официально они зарегистрированы как мечети. По данным 2009 года, 184 из этих мечетей находятся в Аджарии, 140 из которых были построены в последние годы.      В последние годы дебаты по ряду программ, осуществляемых в Грузии Турцией, в частности, относительно восстановления мечетей или строительства новых, стали особенно острыми. В частности, Грузинская Православная Церковь решительно борется с турецким присутствием в Грузии, борется за обращение в христианство местных мусульман и восстановление грузинских церквей на территории Турции. Ряд грузинских священнослужителей, которые проповедуют об отмене туркификации в Аджарии во время службы, были наиболее заметными в анти-турецких оппозициях. Они организуют массовые крещения, проводимые «ради того, чтобы люди вернулись к религии своих предков». Строительство огромной православной церкви прямо в центре Хуло, города Аджарии с преобладающим мусульманским населением, является ярким примером борьбы Грузинской православной церкви. Местное население рассматривало этот шаг как провокационный и конфликтный. Другим заметным процессом является либо демонтаж мечетей и минаретов в ряде населенных мусульманами населенных пунктов Грузии (Чела, Самтацкаро, Нигвзиани, Цинцкаро), либо даже акции протеста против пятничных молитв в некоторых мечетях, которые, как некоторые могут утверждать, направлены православной церковью.      Важно отметить, что некоторые аналитики и политические круги намекают на развитие потенциальных очагов напряженности, основанных на религиозной идентичности. Некоторые люди утверждают, что деятельность Турции в Грузии и ее поддержка грузинских мусульман направлены на создание турецкого лобби в Грузии. Тем не менее, именно грузинские мусульмане и мусульмане других этнических групп считают эти требования неприемлемыми. Кроме того, они настаивают на том, что Турция, в целом, преследует экономические интересы в Грузии, а что касается грузинских мусульман, им не хватает эффективных инструментов, чтобы стать пятой колонной для Турции. Эти возникающие противоречия заставляют многих молодых людей в Аджарии перестраивать свою религиозную самобытность «для того, чтобы их воспринимали как представителей грузинской нации» .      Еще один спорный вопрос в отношениях между Грузией и Турцией касается сохранения и распоряжения культурным наследием в обеих странах. Наряду с развитием межгосударственных отношений, особенно с 2005 года, Грузинская православная церковь более последовательно ставит вопрос о реконструкции нескольких церквей и монастырей в северо-восточной части Турции (Ошки, Ишхан, Хандзта, Отхта, Ардашен, Кхахули). Хотя подлинность этих церквей, принадлежащих Грузинской православной церкви, регулярно ставится под сомнение Армянской Апостольской Церковью и некоторыми армянскими историками, тем не менее, Грузинская Православная Церковь настойчива в утверждении о необходимости реконструкции этих церквей. Одновременно турецкая сторона настаивает на реконструкции мечети Азизие в Батуми и ремонте мечети Квирике в Кобулети и мечетей Ахмадия и Джакели в Ахалцихе. Религиозные лидеры Грузии настаивают на том, что прежде чем говорить о строительстве новой церкви или ее ремонте в Аджарии, следует серьезно заняться вопросом сохранения церквей Тайк-Кхарджкской (Тао-Кларджетской) епархии, расположенных в основном в северо-восточной Турции. Они также спорят об их неотъемлемом праве проводить там религиозные церемонии и службы. Грузинское духовенство также требует, чтобы, как и в случае с армянами, греками и евреями, грузинам также были предоставлены права меньшинств в Турции, что обеспечит им правовой статус и за которым последует возвращение грузинских церквей и монастырей к Грузинской Православной Церкви.       Турецкое влияние в автономной республике Аджария способствует оттоку национальных меньшинств (русских, армян, греков, евреев) из региона и интенсивному заселению гражданами Турецкой Республики. Сложившаяся ситуация вызывает недовольство не только у коренных жителей автономии но и в политической грузинской среде.      К примеру, председатель региональной организации Лейбористской партии Давид Робакидзе  в еженедельнике «Грузия и Мир» заявил: «В Аджарии хозяйничают турки» .  На сегодняшний день, Аджария экономически почти полностью интегрирована с Турцией, особенно учитывая тот факт, что на долю Турции приходится более 3/4 всех иностранных инвестиций, поступивших в Аджарию за последние годы. Турецкие инвесторы предоставляет огромные финансовые кредиты своим бизнесменам, в Аджарии, с условием – принимать на работу этнических турок. На предприятиях открытых этническими турками в Аджарии, действительно трудится большинство этнических турецких рабочих (более 80%). Результатом такой политики является практически полный контроль над самым прибыльным экономическим сектором в Аджарии- туризмом этнически-турецким населением.    
Грузия и Турция имеют давние и сложные отношения. В то время как Турция является стратегическим партнером Грузии, отношения между двумя странами также имеют ряд проблем. Одной из них является Аджария, которая граничит с Турцией и имеет преимущественно мусульманское население. В то время как Турция является экономическим партнером Грузии, отношения между двумя странами также имеют ряд проблем.