Глава 2.1 Репрезентация военного нарратива
Прежде, чем подробно рассмотреть саму репрезентацию, я решила дать теоретическое обоснование нарративу. В конце XX века произошло начало множество изменений, которые оказались связаны с интергацией нарративов в гуманитарные науки. Данный процесс стал называться «нарративным поворотом». В переводе с английского языка нарратив означает «повествование» или же «рассказ». Подобного рода текст имеет структуру, свои четко отмеченные конец и начало. Сам рассказ строится на основе конкретных, последовательных событий. Повествование, ведущееся от лица рассказчика отражающее его точку зрения, и конкретную ситуацию, о которой ведется разговор. Контекст рассказа несет в себе важную, поясняющую миссию, - от того он очень важен. Действительность в нарративе формируется определенным образом, эпизоды из прошлого тщательно фильтруются и сортируются, происходит ценностное переосмысление реальности и пересечение индивидуальных и  социальных событий. Важно отметить, что  и в сфере истории, культурологии, антропологии, психологии, религиоведении понятие нарратива стало предметом интереса. Нарратология – достаточно молодая социальная дисциплина, однако, как можно отметить, часто используема  в различных сферах. Социология в современное время переживает всплеск интереса к тем сферам знания, которые ранее были проигнорированы. Использование нарративов в гуманитарной отрасли произвело значительное влияние на социологию в том числе. Анализ жизни окружающих людей, тенденция поиска ответов в окружающим мире и людях, организация исследовательской деятельности ученых таким образом, что объектом изучения становится индивидуальность человека нашло свое отражение в нарративном повороте и получило свое внимание в визуальной и культурной социологии. В современное время локальное, субъективное, индивидуальное в человеке стоит в центе изучения. Человек, личность оценивается как тот, под чьим влиянием происходят общественные изменения. Отныне не только объективные социальные явления заслуживают внимание, но и субъективный объект.  Подобный исследовательский подход стал возможен после того, как деятельность исследователя стала соотносимой с его деятельностью в области искусства – и использование нарративных текстов в социологии оказалось тождественным с изучением индивидуального мира.  Эпоха Постмодернизма поставила перед исследователями задачу, введя термин «смерть субъекта».  «Смерть субъекта» - это один из достаточно распространенных концептов философии постмодернизма, являющийся понятием-метафорой. В соответствии с данной позицией, человек детерминирован  текстом в соответствии с различными критериями (внутрипсихические структуры ( Сверх-Я и Оно), общественные нормы, правила, язык) до такой степени, что практически сливается со структурой и перестает быть субъектом.  Посредством того, как природа человека трансформировалась посредством современных технологий, данная проблема набирала приобретала все больше актуальности .  Исходя из данной проблемы(а также добавления к ней  проблемы постмодернисткая чувствительность, нацеленность на  междисциплинарный подход), следует отметить, что  гуманитарное знание – в том числе и социологическое, - исследуется в современное время в качестве совокупности текстов с признанием, что существует множество их интерпретаций. По утверждению авторов, которые работают в рамках предложенного вектора, до этого сегодняшнего дня наука игнорировала такими свойствами сложившего общества как стечение обстоятельств, спонтанные проявления, эмоциональные и рефлексивные характеристики, случайность и фрагментация. Для современного социологического знания нечто маргинальное, несистемное, неосознанно возникающее и интуитивное становится все более важным. Субъективные, изменяющиеся фрагменты текста, то, что привносится в текст его последующими интерпретациями становятся объектом анализа исследователя. Также изменилась и позиция ученого под воздействием постмодернизма. Изначально позиция ученого – это положение наблюдателя, стороннего, объективного, беспристрастного. Теперь же он находится внутри событий, которые он изучает, оказывается включен в социальную жизнь. Само понятие «исследователь-наблюдатель» изменилось на «участник».  Интерес к повседневному, обыденному знанию( в центре которого выступает нарратив) связан с изучением нарративных текстов в социологии. В основе лежит многовариантная интерпретация социального мира личностью.  Процесс «Нарративизации» социологии в первую очередь связана с поворотом в лингвистике(это же касается и прочих гуманитарных дисциплин), когда фокус сместился на изучение  воспроизводства социальных   норм и  ценностей, исследование дискурсивных проблем. Это обстоятельство плотно соотносится с языковыми проблемами и коммуникации. Основной принцип нарратива – это познание остальных дискурсивных практик. К. Леви-Стросс был первым ученым, впервые применивший принципы лингвистики к изучению социальных отношений. Он заложил в фундамент науки структурный анализ нарратива и сделал из него инструментарий жля исследования социальной жизни. Анализ нарратива в качестве языковой лингвистической конструкции помогает прояснить логику поступков человека, изначально казавшиеся недоступными и неосязаемыми. Социальные события, основные принципы существования человека в обществе, связь личности с пространством и временем оказались упорядоченными посредством нарративного текста, а также было продемонстрировано персональное отношение к происходящему в социуме и была дана авторская оценка произошедших событий. Повседневный язык, его лексикон, синтаксис и словарь несет  особую важность, согласно  создателю феноменологии А.Щуца.  По мнению исследователя, именно в повседневном существовании языка заключается богатый источник информации о той социальной реальности, открывающий для ученых перспективы дальнейших исследований.  Гарфинкель – основатель этнометодологии так же уделял особенное внимание языку нарратива. Он относил к понятию языка нормы, символы, невербальные способы общения – интерпретация понятие «язык  оказалось достаточно широким. Все социальные действия, совершаемые людьми, являются частью языковой игры. Жанры  языкового нарратива  достаточно разнообразны. Состоят из разных стилистик, передающих точку зрения исследователя, от лица которого ведется рассказ – и  устаревшие слова начинают приобретать совершенно новые интерпретации.  Анализ изменения  таких речевых черт как изменения паузы, тона,и других модуляций, позволяющих исследователю услышать и понять, как формируются и группируются предложения – такой способ является еще одним способом в изучении нарратива. Подобный нарратив особенно часто задействован в исторических науках, что, в свою очередь, взаимосвязано и с развитием социологии. В исторических науках подобный подход базируется на таких свойствах как  «перспективность» (зависимость исторической оценки событий от мировоззрения историка), «специфичность» (влияние исторического знания на формирование идентичности); «фиктивность» (зависимость исторических интерпретаций от социальных условий); «ретроспективность» (рассмотрение событий прошлого через призму настоящего и будущего); «коммуникативность» (воздействие  культурного дискурса на историческое знание); сближение научного и художественного исследовательских методов, а также «избирательность» (отбор информации); Социально-исторические события могут изучаться  и фиксироваться посредством нарративного текста. Авторский контекст как информация, к которой нарративный метод открывает путь(например,  факты исторической и религиозной жизни, научные открытия, хозяйственная и политическая деятельность, описания путешествий), приобретает особенное значение. Отрываются формы анализа жизненного опыта, структурирования существующего опыта, сегментации и выстраивания каждого события посредством нарратива. Наделяется смыслом прошлое, оно становится демонстрацией, объяснением, конструированием событий, зависимых от моральных и ценностных приоритетов рассказчика. Жизненный мир повседневности вписывается в мир социальных наук, связывает социальное познание с миром повседневности посредством нарратива.  «Докапывание до сути», до самого фундамента жизненного мира, его основных структур – это принцип работы с нарративом.  Исследователь работает с нарративом, как будто с индивидуальной интерпретацией истории, как с авторским текстом, поскольку это очень содержательный источник информации. Подобный метод требует «вчуствования» в событийную канву текста, вживания в история, и интерпретации с точки зрения рассказчика его оценочных суждений. Исследовательский интерес так же модет быть нацелен на формы конструирования нарратива, содержащие «вымыслы о жизни». Другая форма его существования – формирование образа самого себя. Важно для понимания то, что А. Щуц акцентировал внимание на существование разных уровней в структуре социального мира и на иерархичность и системность каждого из них. Исследователь отмечал, что вокруг человека сформировано множество миров, которые нашли свое проявление в нарративном тексте. Например, эмоциональное окружение человека - «социальная среда отдаленных и неопределенно известных нам современников»; «мир будущего, т.е. мир наших потомков»; состоящее из близких ему людей; «мир социального происхождения наших предков. Индивидуальная биография – еще одна из форм существования нарратива.  Поскольку нарратив по своей сути – это самоописание человека посредством осознания и обретения идентичности человеком, представлением себя, презентацией индивидуального и социального опыта, то закономерно отметить, что биография человека является центром пересечения взаимодействия множеств биографий. Цель изучения нарративов – фиксация форм поведения человека, социальные действия, которые возникают в тех или иных условиях. Жизнь отдельной личности становится средством биографических решений систематических противоречий. Также подобного рода тексты позволяют проанализировать социальные, антропологические коды  -  противоречия, связи, отношения, игры, поскольку люди, выступающие в роли «носителей» данных текстов, обогащают исследование своей личной историей, семейной историей, страт общества в целом, социальных слоев, а так же все перипетии смыслов и паутину значений, которое несет в себе общество по отношению к окружающему миру и друг другу. Индивидуальная и социальная – две главные составляющие жизни человека, которые можно изучить с помощью биографии в форме нарратива. Биография – фундамент для основания современной интерпретации общества и человека. Что касается индивидуальной формы повествования, то посредством данной формы формируется жизнь в социуме. Форма социальной практики, с помощью которой можно проследить, как воспроизводятся и возникают личностные и социальные представления тоже является нарративом. Следующими примером анализа биографических рассказов  в контексте нарративов рассмотрены в работах Н.Козловой. С точки зрения исследовательницы, нарративное письмо, неразрывно связанное с повседневностью, постоянно изменяющееся  структурой и   становится методом структурирования повседневной жизни людей, которая искусственно формируется индивидами. Важно отметить, что нарративный анализ  является тем исследованием, которое завязано на сравнении, изучении разных позиций в процессе изучения жизненный и социальных ситуаций.  Изучение собственного опыта – еще одна ипостась нарративного исследовательского метода, а не только изучение жизней другого опыта. Исследователь-социолог так же может обратиться к своей истории, в равной степени, как и к части общества. Согласно определению Гарольда Гарфинкеля, каждый из людей является членом общества, и при этом – социологом. Интерпретации личностных и социальных событий представляют большой интерес для ученых и других направлений в том числе, например, политиков, историков, и рядовых людей.  Качественная методология – тот метод, который тесно связан с нарративами: кейс-стади (исследованием случаев), интерпретацией человеческих документов (писем,  жизненных историй, дневников, фотографий) и прочие методы. Гендерное неравенство, расовую дискриминацию и прочие практики. Для рассказчиков воспринимается неизбежным то, что  подобные проблемы возникнут, это как нечто естественное, должное. Исследователь может выяснить, случайны ли те выражения или применяемые термины    для контекстуальной культурной или исторической ситуации. Автор повествования формирует структуру из хаоса, делает реальным то, чего раньше не существовало ни в прошлом, ни в настоящем. Эта возможность существует по той причине, что нарратив является существенной, осмысленной системой – и эта структура должна сохраняться, а не переобразовываться последователями, которые перерабатывают нарратив на основе предыдущего исследования. Подобная позиция предусматривает изучение нарративных текстов с точки зрения анализа  семейно-родовой памяти. А.Алексеев – первый исследователь, предложивший использовать термин «семейная память», который стал основопологающим для последующих теоретических конструкций. Семейные или личные архивы((документальные материалы из жизни семьи) – основные источники семейно-родовой памяти. А также нарративные тексты - дневники, рассказы, письма, мемуары,, зафиксированные  «жизненные свидетельства» и записанные семейные хроники, а так же многое другое. То, как люди обустраивали свой быт, акково было их мироощущение, как жили вместе в качестве супругов, как они искали и находили работу, как относились к руководителям и сослуживцам, как болели, лечились и выздоравливали, как они встречались и влюблялись,   что думали по поводу своей работы, как люди жили в прошлые времена, , как меняли место работы, , как жили и выживали, как старились и выходили на пенсию – все эти аспекты можно изучить с помощью анализа семейно-родовой памяти в формате нарративного повествования. Семейная  история, семейные ценности, сведения о семейно-родовом пространстве, наследственности, повседневной жизни семьи.  - основные составляющие семейно-родовой памяти. А.Алексеев писал в своих работах о непростой связи исторической    и семейной памяти. Согласно его позиции, историческая память образовывается под воздействием политической конъюнктуры, или других событий, происходящих в обществе. Следовательно, она может противоречить семейной памяти, быть недостаточно полной сама по себе. Следовательно, семейная память может и дополнить, обогатить и скорректировать историческую. Ценности семейной культуры оказываются сохранены,  возникают возможности изучения культуры повседневной жизни, формируется структура, выстраиваются жизненные циклы, повседневности  в которые вплетена жизнь индивида благодаря семейно-родовой памяти. Нарратив может стать для социологии источниковедческой базой, который  выстроит связи с другими науками и социокультурной деятельностью, в том числе более подробно изучить социальные действия, отражающие культурно-историческую связь между прошлым и настоящим. Как и у многих подходов, у нарративов есть определенные функции. Ценностно-ориентирующие функции нарратива. Идея культурного опосредования занимает центральное положение в культурно-исторической психологии. Сразу после рождения человек оказывается в некой социально-структурной системе, в которой уже присутствуют установленные значения,  моральные нормы, ценности, базовые ориентации. Многие из них закреплены в повествованиях.  В нарративной структуре порицаются или одобряются действия героев, а не просто описан некий абстрактный мир.  Автор нарратива так или иначе дает моральному оценку происходящему, в повествовании так или иначе присутствуют положительные или отрицательные герои. Во всех случаях нарратив является повествованием про ценности, про то, что для человека представляет наибольшую важность, то, ради достижения чего человек готов положить свою жизнь. Понимание закладуемого нарратива ведет к пониманию, осознанию авторского отношения к окружающему миру,  осознание интерпретации окружающей жизни  и получению вывода касательно ценностной структуры. То, что  в нарративе содержатся нормативные идеи о том, что можно считать правильным, ценным, взаимосвязано с тем обстоятельством, что нарратив взаимосвязан с оценочной интерпретацией прошлого. Ценностная особенность нарратива заключается в том, что нарратив может демонстрировать так называемые представления человека о «хорошей жизни». Опять же, данное свойство связано с тем, что  нарратив связан с оценочным переосмыслении прошлого. Получается, что в конструкции нарратива есть не только социальная, эстетическая, психологическое, и что самое главное – этическая категория. Например,  когда ведется рассказ об осмысленности подвига, рассказчик так или иначе следует категории о полноценной жизни то есть, согласно идеалистическим  представлениям о том, что такое подвиг. В том числе рассказчик основывается на уже заготовленных представлениях о «хорошей жизни», в которой подвиг занимает определенную иерархию. Нарратив играет огромную роль в процессе социализации человека. Ребенок на ранних этапах знакомится с ценностным миром взрослых, и созданный рассказчиками образ окружающего мира помогает ребенку определить, что должно быть более значимым в его системе ценностей, а что менее. Несмотря на то, что  создаваемый в процессе создания рассказа миф  о событии в нарративе достаточно иллюзорная конструкция, если оценивать его структуру с позиции не вовлеченного участника,  он создает структуру тех базовых ориентиров, которые позволяют представителям того или иного культурного объединения осознавать социально приемлемые или, наоборот, неодобряемые ценности. Еще один аспект –   соответствие моральной жизни и нарративной идентичности. То, каких моральных норм придерживается рассказчик, во многом следует из его идентичности.  Следовательно, при рассмотрении того или иного нарратива, неизбежно встает вопрос о ценностях рассказчика. Если рассматривать нарратив в качестве языковой конструкции, то можно отметить, что данная надстройка является условием освоения знания нравственного порядка. Он выполняет функцию определенного фильтрующего барьера, которое направляет способ наших мыслей, позволяет человеку культурно интерпретировать происходящие события и определять свое место в мире.  Язык играет большую роль, поскольку именно с его помощью человек преодолевает временные и пространственные измерения при рассказе. Также происходит интеграция и определение смыслов.  Перформативная функция нарратива  Способность нарратива  воздействовать на реципиента -  еще одна важная для исследования функция нарратива, помимо организационно-структурирующей функции. Когда человек конструирует – формулирует – нарратив, он задействует лингвистические конструкции той культурной среды, в которой он сформировался.  Каким образом выстраивается рассказ, чтобы воздействовать на слушателя.  Л.С. Выготский определил смысл формы как одно из ключевых положений психологии искусства: «…только в данной своей форме художественное произведение оказывает свое психологическое воздействие».  Возможно выдвинуть предположение, что в повседневной лингвистической практике форма несет в себе важное влияние на определении нарратива как акта коммуникации, которое завершает свой путь в читателе или слушателе. Важно отметить, что в течением времени формы нарратива становятся интернациональными и трансформируются в культурное средство, посредством которого человек приобретает возможность себя переосмыливать. Навык конструирования и понимания нарратива структурируется в человеческом развитии достаточно рано – пятилетние дети вполне способны оформить жизненный опыт в повествовательном формате.  Могут существовать некоторые форматы коммуникативной системы – «Я—Он» и «Я—Я». В первом случае коммуникативная система может передать некоторую информацию адресату , то во втором случае происходит качественное изменение самой личности, поскольку когда человек передает сообщение самому себе, он погружается в полученную информацию глубже, оценивает ценностную систему полученных кодов. Оценка перестает быть частью коммуникации со внешним собеседником, но возможна перестройка или переоценка ценностой системы – разумеется, с учетом, что адресант способен на самостоятельную рефлексию. Темпоральная функция нарратива  Еще одна немаловажная функция нарратива, которая поможет изучить природу нарратива более глубинно – отражение человеческого опыта в контексте времени, мы можем проследить, как менялось его «Я» на протяжении длительного времени. Целостность человеческого «я» определяет идентичнось человека на протяжении всех изменений, которые с ним происходят – человек не одинаков относительно себя на протяжении своей жизни, но он тождественен самому себе. Задача нарратива заключается в том, чтобы воспроизвести хронологию событий, из которых состоит жизнь человека. По мере воспроизведения своего жизненного пути, человек невольно сопоставляет себя прошлого с собой настоящим, таким образом, произведя распределение событий по временной оси.   Если человек переосмысливает весь свой жизненный опыт, то получается,  что для выстраивания полноценного рассказа(нарратива), необходимо  уделить внимание тому, что человек помнит, а что он из своей памыти вытесняет. По Фрейду, мы исходим из того, что  в человеческой психике работают механизмы вытеснения травмирующего опыта. Превращаясь в нарратив посредством психотерапевтического анализа того самого травмирующего события, пережитый опыт теряет свои разрушительные для психики свойства. Человек, осмысливая нарратив, ассимилируя его для своего разума, получает возможность узнать опыт других людей более полно и подробно, в том числе преобразовывая свой.  Важно отметить, что специфика переживания травмирующего опыта строго индивидуальна, однако, если изучать непосредственно военный нарратив,  то война может быть рассматриваема в контексте исторического травмирующего опыта, затрагивающего людей на протяжении нескольких поколений. Травмирующий исторический опыт  является связующим звеном между поколениями, влияя на идентичность людей, которые физически не застали военный период, но живо представляют его себе, основываясь на рассказах представителей старшего поколения – и тем самым формируя свое «Я».  Транслирующая функция нарратива  Вытекающая из предыдущего нарратива функция – передача, трансляция и хранение культурного опыта. Помимо автобиографичности и трансформации своего «я», нарратив подчеркивает значимость самого рассказчика – о его персональных смыслах и его уникальном опыте. Существование нарратива предполагает существование слушателя, то лицо, к которому обращается рассказчик. Следовательно, происходит переплетение личного опыта рассказчика, слушателя – и таким образом, от автобиографичности человек переходит на обсуждение общего поля дискуссионных проблем – и возможное дальнейшее их конструирование. Также повествование можно интерпретировать в качестве культурных паттернов, которые могут конструироваться в когнитивные структуры для создания и рефлексии опыта. То же утверждение может относиться и к культурным сообществам, и к нациям. Нарратив национальной идентичности – является скорее частным случаем, поскольку является базовой конфигурацией, определяющей мышление большой группы людей.  Подобный нарратив более «чувствителен» ко времени, обладает более широким интертекстуальным отношением с более охватывающим культурным контекстом.  Подобный нарратив сохраняет плотную взаимосвязь между действиями индивидуального субъекта и традицией.  Например, военный нарратив в рамках России – в основном, наиболее широкое распространение приобретает Вторая Мировая война. Ежегодно в дни, связанные с памятными датами, проходит реконструкция военных событих, показывают фильмы, посвященные военным годам – по своей сути, происходит нарративный ритуал, переосмысление рассказанной истории слушателями, передача культурного кода – например, любовь к Родине, переосмысление нового «Я» слушателя и создание нового дискурса. Так школьник, который не разделяет идеологию советского времени, имеет возможность с ней  ознакомиться в контексте несуществующей для него в реальном времени военной угрозы и переосмыслить для себя ценность неприкосновенности территориальных границ государства. Важно отметить, что человек постоянно меняется,  изменяется его идентичность, следовательно, вместе с ним изменению подвергается и нарратив.  В эпоху глобализации и постмодернизма  вопрос о собственной идентичности встал особенно остро ввиду размытых культурных границ. Идентичность постодерна характеризуется как подвижная, фрагментарная. По этой причине удержание цельности «Я» встает особенно остро. Нарратив является одной из связующих стратегий, которые позволяют удерживать целостность человека и воспроизводить те или иные социальные феномены. В данном случае – поддерживать и воспроизводить социальную память о войне. 
Нарратив – это форма повествования, которая имеет свою структуру, начало и конец. В ней описываются события, происходящие в жизни человека, и его отношение к ним. В нарративе можно выделить несколько функций:  1. Ценностно-ориентирующая функция.  2. Транслирующая функция.  3. Функция сохранения культурного опыта.  4. Функция передачи опыта.  5. Функция создания нового дискурса.  6. Функция создания идентичности.