1.1. Понятие социального пространства в социологии.
Основными подходами к определению понятия социального пространства являются структуралистский конструктивизм П. Бурдье и теория структурации Э. Гидденса. Социальное пространство, согласно концепции П. Бурдье, - это пространство социальных отношений, имеющее определенную структуру, в которой каждый человек занимает свое определенное положение. Социальное пространство – это также силовое поле, представляющее собой множество объективных отношений власти, под действие которых попадают все, кто входит в это поле (Бурдье, 2007, c. 14). Социальное пространство формируется различными видами власти или капитала (экономический, культурный, социальный, символический). Каждый из этих видов капитала в соответствующем социальном поле определяет влияние и власть, и позиция данного агента в социальном пространстве зависит от позиций в различных полях (Сокулер, 2003, c. 23). Таким образом, социальное пространство, в представлении П. Бурдье, – это совокупность положений, занимаемых социальными агентами. При этом оно состоит из множества полей, структурированных пространств положений или позиций, определяющих основные свойства самих полей. Говоря о соотношении социального и физического пространства, Бурдье указывает на то, что структура социального пространства, как правило, непременно отражается на физическом. Так в иерархизированном обществе физическое пространство также будет выстроено иерархизировано и будет выражать социальную дистанцию в форме естественных различий и дистанций, и власть в социальном пространстве, обеспечиваемая капиталом, будет иметь пространственное выражение в виде определенной собственности, так как потребление физического пространства – одна из форм выражения власти. Структуры социального пространства вписаны в физическое пространство: социальные субъекты конституируются как таковые своим местом в социальном пространстве, и вещи, присвоенные благодаря этому месту, также оказываются расположенными в социальном пространстве. В итоге социальное пространство проявляется как распределение в пространстве благ, услуг и социальных агентов.  Также Бурдье отмечает, что длительное пребывание в определённом пространстве, а также постоянные контакты и взаимодействия с людьми, также проживающими там, т.е. обладающими своим местом в этом же пространстве, может способствовать формированию определенного габитуса. Габитус представляет собой ««систему устойчивых и переносимых диспозиций, структурированные структуры, предрасположенные функционировать как структурирующие структуры, т. е. как принципы, порождающие практики и представления…» (Бурдье, 2001, c. 102). Иначе говоря, габитус – «система представлений и оценок, которые позволяют социальным агентам действовать, чувствовать и думать определенным образом, в соответствии с позицией, которую они занимают в социальном пространстве». Это «приобретенная система предпочтений, принципов, взглядов и различий, когнитивных структур и схем действий, которые направляют восприятие ситуации» (Квасова, 2009, c. 10). Структура, продуктом которой является габитус, порождает практики и управляет ими. Габитус – «искусство изобретения», он позволяет производить большое число, хоть и ограниченных в своем разнообразии, практик. «Будучи продуктом определенного класса объективных закономерностей, габитус стремится порождать «разумные» способы поведения, идущие от «здравого смысла», допустимые в рамках этих и только этих закономерностей». Также габитус стремится исключить «безумство», т.е. поведение, несовместимое с объективными условиями, проявление чего-либо нового и непривычного (Бурдье, 2001, c. 108). Практики же стремятся воспроизвести эти закономерности, при этом соотносясь с требованиями, определяемыми когнитивными и мотивирующими структурами, входящими в состав габитуса (Там же, c. 109). Практики определяют образ мыслей и поведения в соответствии с индикаторами «приемлемого» или «неприемлемого», тем самым заставляя социальных субъектов приспосабливаться к настоящему и будущему (Шугальский, 2012, c. 276). Таким образом, социальные практики - устойчивая форма реакции, действия, восприятия определенных социальных явлений, напрямую зависящая от ценностных ориентаций и приоритетов индивида или группы. Они представляют собой содержание и результат деятельности агентов. В них включены социальные действия и коммуникации, возникающие в результате взаимодействий агентов. Социальные взаимодействия являются важным элементом любого социального пространства. Согласно теории социального взаимодействия П. Сорокина, во взаимодействии выделяются следующие составляющие элементы: во-первых, наличность двух или большого числа индивидов, обусловливающих переживания и действия друг друга; во-вторых, наличность действий, посредством которых они обусловливают взаимные переживания и поступки; и в-третьих, наличность проводников, передающих действие или раздражение актов от одного индивида к другому. Таким образом, социальное взаимодействие может считаться таковым, когда изменение психических переживаний или внешних действий одного индивида вызывается переживаниями и внешними актами другого или других (Антоновский, Бараш, 2021, с. 538-539).  Наличие тесной взаимосвязи между переживаниями или действиями обоих взаимодействующих лиц – то, что отличает социальное взаимодействие от социальных контактов. При осуществлении контактов происходит обмен информацией, материальными или духовными ценностями, но при этом не происходит влияния на поведение друг друга. Я. Щепаньский определяет социальный контакт как систему, в которую входят по меньшей мере два лица, какая-нибудь ценность, которая становится основой контакта и взаимодействия, касающиеся этой ценности. В ходе контакта взаимодействие касается скорее той ценности, на почве которой происходит контакт, чем личностей вступающих в контакт индивидов. Что же касается социальных взаимодействий, они развиваются на основе социальных контактов. Их цель – своими действиями вызвать определенную реакцию со стороны партнера, которая в свою очередь вызывает реакцию воздействующего (Щепаньский, 1969, с. 83). В отличие от контактов социальные взаимодействия, т.е. серии социальных действий, совершаются не только в определенных условиях, но и с учетом ситуации их реализации: социальные действия всегда являются сознательными и целенаправленными, они порождают ответные реакции, тем самым превращаясь во взаимодействия. Субъекты социального взаимодействия руководствуются взаимными ожиданиями, исходящих из оценки статуса, роли и социального положения друг друга, а также из существующих общепризнанных норм поведения. Таким образом, социальное взаимодействие представляет собой систематически устойчивое выполнение тех или иных действий, направленных на партнера для того, чтобы вызвать определенную ожидаемую ответную реакцию с его стороны, которая, в свою очередь, вызовет реакцию воздействующего (Кандаурова, 2013). Также, по мнению Я. Щепаньского, следует отличать социальные взаимодействия от социальных действий, которые являются действиями одного индивида с целью изменить установки, стремления и функции другого, так как не все социальные действия приводят к интеракции или взаимодействию (Щепаньский, 1969, c. 84).  Возвращаясь к концепции П. Сорокина, стоит обратить внимание на такой элемент социального взаимодействия, как проводники - то, что передает действие или, иначе говоря, «психику» одного индивида другому. Проводники передают влияние или раздражение, идущее от одних людей к другим, они дают возможность влиять друг на друга в том случае, если взаимодействующие индивиды отделены друг от друга большим пространством. Под проводниками взаимодействия следует понимать «все те средства, при помощи которых раздражение, идущее от одних людей, доходит до других». Это могут быть звуковые проводники (человеческая речь, музыка, звуковые сигналы), светоцветовые проводники (письменность, живопись, фонари, эмблемы на одежде и т.д.), двигательные проводники (движения тела, рук, мимика, жесты), предметные проводники (предметы, сигнализирующие или символизирующие переживания: красный флаг, скипетр с державой, деньги и т.д.), а также тепловые, электрические, химические и механические проводники (Сорокин, 1994, c. 17-22). Сорокин предложил следующую классификацию форм социальных взаимодействий:  В зависимости от количества индивидов, участвующих во взаимодействии, выделяются:  1. Взаимодействия между двумя индивидами 2. Взаимодействия между одним индивидом и многими индивидами 3. Взаимодействие между многими и многими В зависимости от качества индивидов выделяются: 1. Взаимодействие одностороннее и двустороннее. Одностороннее взаимодействие – такое взаимодействие между двумя лицами, при котором первое лицо влияет на поведение второго, а второе не оказывает влияния на поведение первого. Двустороннее взаимодействие подразумевает, что оба лица оказывают влияние на поведение друг друга. 2. Взаимодействие солидарное и антагонистическое. Солидарное – взаимодействие подразумевает совпадение стремлений и интересов обеих сторон, при этом одна сторона не только не мешает, но и может помогать достижению стремлений другой стороны. Антагонистическое же есть такое взаимодействие, где одна сторона мешает или препятствует осуществлению стремлений другой стороны. Так члены солидарного общества равны друг другу, не угнетают и не принижают друг друга, в то время как в антагонистическом обществе присутствует неравенство, вражда, угнетение, принуждение и насилие. 3. Кратковременное и длительное. Кратковременные взаимодействия возникают быстро и так же быстро прекращаются. Длительно взаимодействующие люди же наоборот влияют на поведение друг друга в течение многих лет.  4. Организованное и неорганизованное. В организованном взаимодействии взаимное поведение людей совершается по определенному, повторяющемуся шаблону или порядку, права и обязанности членов четко определены, каждый знает, что и как он должен делать. В неорганизованном нет какого-либо строгого порядка, четкого разграничения прав и обязанностей, а также устойчивости и шаблонности во взаимоотношениях индивидов.  5. Сознательное и бессознательное. Здесь подразумевается четыре формата взаимодействия, а именно: 1) Индивид А действует сознательно; В отвечает на его действия (реагирует) также сознательно. 2) Обе взаимодействующие стороны действуют бессознательно. 3) А бессознательно совершает акт. В сознательно реагирует 4) А сознательно совершает акт; В бессознательно реагирует. 6. Интеллектуальное, чувственное и волевое. Интеллектуальное взаимодействие – это обмен идеями; Чувственное – обмен чувствами и эмоциями; Волевое – обмен волевыми решениями и приказами, требующими или предлагающими исполнения определенных велений (Сорокин, 1994 c. 22 – 25). Сорокин понимает под обществом или социальной группой совокупность взаимодействующих людей, и также называет такую совокупность коллективным единством (коллективом), из чего следует, что всякое общество или всякая социальная группа также понимается Сорокиным как коллективное единство. Чем теснее взаимодействие, тем сильнее люди влияют друг на друга: поступки и переживания каждого из них сильнее отражаются на поступках и переживаниях остальных, что и дает основание рассматривать взаимодействующих лиц как коллективное целое в силу связанности и зависимости их поведения (Сорокин, 1994, c. 27). Э. Гидденс, опираясь на концепцию социальных взаимодействий И. Гофмана, выводит следующую типологию форм взаимодействия: встречи (сборища), общественные события (мероприятия), нефокусированное и фокусированное взаимодействия. Сборища подразумевают сосредоточение двух или более индивидов в контексте соприсутствия, при этом под «контекстом» понимаются «диапазоны» или «участки» пространства-времени, где происходят конкретные встречи. «Сборища предполагают обоюдный рефлексивный мониторинг поведения, осуществляемый посредством соприсутствия...встречи могут принимать свободную и скоротечную форму, как, например, мимолетный обмен «дружескими взглядами» или приветствиями в коридоре» (Гидденс, 2003, с. 124). «Общественные мероприятия» представляют собой более формализованные контексты встреч множества индивидов. Как правило, они четко ограничены по времени и в пространстве. Мероприятия характеризуются наличием специальных видов фиксированного материального «оснащения» (специальные столы, стулья и т.п.). В рамках мероприятий обеспечивается «структурирующий социальный контекст», в условиях которого встречи проводятся периодически, а модель поведения носит формальный и преднамеренный характер. К этому типу взаимодействий относятся все рутинные, стандартные аспекты повседневной жизни, например, рабочий день в офисе. Помимо этого, сюда также можно отнести и нестандартные социальные события (вечеринки, спортивные мероприятия и т.п.). Контекстуальные характеристики скоплений в рамках социальных мероприятий или вне их можно разделить на две группы: несфокусированные и фокусированные взаимодействия. К несфокусированному взаимодействию относится совокупность «телодвижений и сигналов, которые сообщаются между индивидами, соприсутствующими в рамках определенного контекста». Это подразумевает простую осведомленность акторов о присутствии в данном пространственном диапазоне других субъектов деятельности. При фокусированном же взаимодействии два или более индивидов координируют свои действия посредством непрерывного пересечения выражений лиц и голосов, т.е. непосредственным обменом реплик и реакций. Фокусированное взаимодействие таким образом четко разграничивает тех, кто участвует в нем и тех, кто соприсутствует. Стоит также отметить, что один диапазон физического пространства может одновременно быть местом действия нескольких социальных событий, состоящих из разнообразных встреч и сосредоточений индивидов, но, как правило, в пределах этого диапазона присутствует одно нормативно санкционированное доминирующее социальное событие, подчиняющее себе другие мероприятия (Там же, с. 126). Таким образом, социальная жизнь постоянно воспроизводится во времени и в пространстве социальных взаимодействий и практик. Отсюда социальное пространство представляет собой систему координат, определяющую взаимодействие индивидов в определенной ситуации. При этом свойства социального пространства меняются в процессе повседневного взаимодействия (Васильева, 2009, с. 75). Социальные субъекты, или акторы, конституируют социальную жизнь, или, иначе говоря, воспроизводят социальные практики, в определенном месте и в определенное время. Основной характеристикой места, или, если использовать понятие Э. Гидденса, локуса, в социальном пространстве служат отношения агентов взаимодействия по поводу пространственной среды места. Любое социальное действие повторяется в одном и том же месте, а место в свою очередь определяет локальные требования к действию (Горин, 2001). В рамках определенного социального пространства существуют «местные» способы оценки и интерпретации индивидуальных или групповых стратегий поведения акторов, и для того, чтобы достичь признания среди участников взаимодействия, индивиду требуются определенные навыки, позволяющими ему действовать наиболее эффективно.  Границы локуса символичны, они становятся очевидны только в процессе социального взаимодействия. Существование в определенном локусе социального пространства подразумевает уметь распознавать и правильно интерпретировать язык символов пространственной среды. Предметная среда локуса имеет особую грамматику, которую агенты прочитывают, как правило, на неосознанном уровне, возникает «чувство места», дающее возможность приблизительно предсказывать последствия поступков индивида и реакцию на них других агентов взаимодействия, и таким образом обеспечивается определенная безопасность и комфортность взаимодействия. То относится и к различного рода публичным местам, которым соответствует своя версия социальности. Как пишет Е. Здравомыслова, «за каждым местом в физическом пространстве, освоенным людьми, закрепляется свойственный ему режим коммуникации, предполагающий представление об уместном и наделенный интерсубъективным смыслом» (Здравомыслова, 2009, с. 664).  «Информация, которую дает нам пространственная среда локуса, актуализирует связанный с подобными «местами» опыт, включающий в себя модели взаимодействия «по поводу» данной среды и алгоритмы ситуативного выбора той или иной модели», при этом этот опыт постепенно обогащается» (Васильева, 2009, с. 77). Так, по мнению Б.В. Маркова, вещи и само устройство того или иного места, будь то дом или заведение общепита, образуют своеобразный организм, воплощающий моральный порядок, овеществляющий или обозначающий систему ценностей общества (Марков, 1999, с. 189). Ключевым стимулом конструирования локуса является безопасность и доверие, которое основывается на возможности идентификации. В том или ином контексте имеют место быть определенные, сложившиеся за достаточно большой период времени, пространственные реплики, которые вызывают такую же определенную и укоренившуюся среди агентов реакцию. «Временная последовательность телодвижений, разговоров, физическая среда взаимодействия, расположение и передвижение в ней и многое другое позволяют агентам произвести некий обоюдный мониторинг поведения» (Там же, с. 78). Тем самым действия в рамках локуса имеют автоматизированный характер и не вербализируются самим агентом. Таким образом, для того, чтобы определить, в чем выражается социальное значение баров, необходимо сконцентрировать внимание на социальном пространстве бара как на особой организационной форме локализированных социальных отношений, состоящих из взаимодействий определенного характера между субъектами (акторами) и осуществляемых ими практик. Это подразумевает необходимость сфокусироваться на результатах деятельностных и коммуникативных взаимодействий между индивидами, соучаствующими и соприсутствующими в рамках определенного контекста или диапазона физического пространства, в данном случае являющегося помещением бара. 
Социальное пространство бара – это пространство, в котором люди собираются для общения, проведения досуга, проведения мероприятий и т.д. Оно представляет собой определенную организацию, в которой люди могут взаимодействовать друг с другом, обмениваться информацией, чувствами и эмоциями. В рамках бара происходит обмен социальными практиками, которые отражают определенные ценности и нормы, принятые в данном обществе.