§ 4. Вмешательство в геном человеческого эмбриона и право на выбор вероисповедания
 Нарушение ранее рассмотренных прав человека посредством вмешательства в геном на стадии эмбрионального развития является более очевидным, чем нарушение права на выбор вероисповедания. Для выявления и объяснения взаимосвязи права на выбор свободы вероисповедания и геномного вмешательства необходимо раскрыть содержание заявленного права. Свобода выбора вероисповедания является фундаментальным правом, которое имеет исключительное значение, поскольку признается и закрепляется на международном (универсальном и региональном) и национальном уровнях. В отличие от многих закрепляемых в конвенциях прав, право на выбор вероисповедания конкретизируется и раскрывается. Статья 18 ВДПЧ гласит, что право на свободу выбора религии включает свободу менять свою религию или убеждения и свободу исповедовать свою религию или убеждения как единолично, так и сообща с другими, публичным или частным порядком в учении, богослужении и выполнении религиозных и ритуальных обрядов. Религиозная вера есть благо приобретенное, а не полученное с рождением убеждение. В статье 19 ВДПЧ о праве на свободу убеждений (а религиозная вера есть убеждение человека об определенной структуре мироустройства, в котором есть место сакральным объектам) и на свободное их выражение отсутствует упоминание о свободе приобретения впервые этих убеждений. Отсюда следует вывод, что данный правовой документ дает обозначение основных свобод, но он никак не раскрывает вопрос о свободе приобретения религиозной веры именно ребенком. Формально следует, что данным правом, закрепленным в статье 19, должны наделяться абсолютно все без исключения люди, вне зависимости от их возраста. Декларированное право религиозной свободы ребенок реализовать не может. Например, пунктами 1 и 4 статьи 5 принятой ГА ООН 25 ноября 1981 г. Декларации о ликвидации всех форм нетерпимости и дискриминации на основе религии или убеждений данное право полностью передается родителям. Правовое положение родителей преобладает над правом ребенка.  Отношение основных религий к правам человека является различным, потому в каждом конкретном случае ситуация по редактированию генома в контексте нарушения права на выбор вероисповедания будет отличаться. Эта проблема предстает в неизученном ранее свете, поскольку эмбрион как будущий ребенок и взрослый человек потенциально может нуждаться в причислении себя к той или иной вере. Однако религиозные постулаты могут вступить в противоречие с совершенным редактированием, и потому выделенный субъект не сможет приобщиться к конкретным религиозным ценностям, то есть его полное ассоциирование себя с приверженцем той или иной религии будет невозможно. Исследователи современного буддизма отмечают, что в традиционных буддийских источниках нет понятия, прямо соответствующего правам человека. Для этой религии главное – конечная реальность, универсум, а не некие человеческие концепции, к которым можно отнести и идею прав человека. Человек, неразрывно связанный с иными формами жизни, представляет не абсолютную, а относительную ценность. Главное в буддизме заключается не в отношениях между людьми или между человеком и обществом, а в сострадании ко всем живым существам. Поскольку все в мире взаимозависимо, то буддизм призывает к отказу от приверженности любой догме или доктрине. Интерпретация идей буддизма и сложившегося понимания человека и его ценности позволяет заключить, что вмешательство в геном эмбриона не будет рассматриваться как нарушение прав человека. Буддизм не отводит человеку той значимости и уникальности, которая закрепляется в международном праве. Человек и, как следствие, его генетические данные не предстают как самоценность, а процедуры редактирования генома могут быть расценены как необходимость в сострадании. Иной крупной религией является христианство, разветвляющееся на католицизм, протестантизм и православие.  Протестантизм исходит из того, что достоинство человека нельзя обосновать только рациональными аргументами. Оно присвоено человеку Богом и поэтому не является благом, которым люди могут распоряжаться по своему усмотрению. Именно поэтому права человека приоритетны перед его обязанностями. Обладание ими не может быть поставлено в зависимость от конкретных поступков человека. Достоинство человека, подразумевающее всю его сущность, не зависит от действий людей, оно незыблемо и предоставляется Богом. Это дар, вмешательство в который является недопустимым, что, к примеру, подтверждается Социальной позицией протестантских церквей России, выраженной в 2003 г. Человек создан по образу и подобию Божиему из праха земного с дыханием жизни (Бытие, 1:26, 2:7). Бог пришел, чтобы люди имели жизнь и имели ее с избытком (Евангелие по Иоанну, 10:10). Изложенное дополняется и тем, что человек куплен дорогою ценою и потому он не должен делаться рабом человеков (1-ое Послание Апостола Павла к коринфянам, 7:23). Обладание целой группой прав человека и правом на выбор вероисповедания не должно затрагиваться действиями человека, направленными на изменение генома эмбриона, потому возникает разночтение и проблематичность приобщения человека с отредактированным геномом к протестантам. Проблематичность посвящения, как было сказано ранее, отрицает полноценную возможность человека ассоциировать себя с иными носителями конкретной религии, поскольку его измененная природа прямо противоречит сути протестантизма, а также создает препятствия в посвящении. Раскрывая позицию Римско-католической церкви (далее – РКЦ), отметим, что в каноне 867 говорится о таинстве крещения следующее: родители обязаны позаботиться о том, чтобы их дети были окрещены в первые недели жизни. Католическая мысль наряду с протестантизмом, обладает отчасти схожими чертами. Провозглашение Папой Иоанном XXIII в 1963 г. энциклики Pacem in Terris («Мир на земле»), которую принято называть Декларацией об установлении мира в правде, справедливости, милосердии и свободе стало вехой в установлении человеческого понимания, что мир на земле может утвердиться лишь при соблюдении установленного по божественной воле порядка. Каждого человека как такового Бог наделил сознанием и свободой воли. Следовательно, человек обладает правами и обременен обязанностями, которые проистекают из его природы. Такие права и обязанности являются всеобщими, не могут быть объектом посягательства и в своей совокупности неотъемлемы от человека. Их изначальным источником выступает Божественное Откровение. Первым среди всех прав человека энциклика называет право на жизнь, а следовательно, и на все, что способствует его реализации (например, на медицинское обслуживание, заботу в старости и т.д.). Формирование такого статуса права на жизнь объясняет крайне негативное отношение к абортам или эвтаназии. Установление Творцом всеобщего порядка порождает понимание человека как Божией воли, в соответствии с которой он не властен нарушать существующих принципов мироздания. Человек – часть мироздания, его жизнь является бесценной, что создает предпосылку в формировании не только прав, но и обязанностей, благодаря которым центральное право подлежит защите. Признавая ценность человека и выводя на первые позиции право на жизнь, католицизм также не допускает изменения человеческой природы, поскольку она не находится в его ведении, что со всей очевидностью будет являться препятствием к католическому посвящению. Человеческая природа уникальная и является человеческим достоянием, потому любое редактирование генома приводит к изменению первозданной человеческой природы. Например, в решении Суда ЕС от 25 июля 2018 г. сказано, что продукция, которая была получена с помощью новой технологии мутагенеза (CRISPR/Cas9), подпадает под уже существующие правила о генетически модифицированных организмах (далее – ГМО). Следуя логике Суда ЕС, становится очевидным суждение, что человек, в отношении которого была предпринята процедура редактирования генома, становится ГМО. Третьим ответвлением христианского учения является православие. Как и протестантизм, и католицизм, православие признает божественный характер Дара, которым наделен человек. Созданный по образу и подобию человек с дыханием жизни, символизирующие проявления Божественной силы, признаются Божеским естеством (2-ое Послание Петра, 1:4), что также указывает на то, что все необходимое для человеческой жизни создано. На состоявшемся Архиерейском соборе в 2000 г. был приняты Основы социальной концепции Русской Православной Церкви (далее – РПЦ). В рамках указанного документа был принят раздел, посвященный проблемам биоэтики. Внутриутробное развитие человека отождествляется с творческим актом Бога. Вместе с тем, РПЦ приветствует усилия медиков, направленные на врачевание наследственных болезней, в том числе с помощью медико-генетических методов диагностики и лечения, с одним важным уточнением – целью генетического вмешательства не должно быть искусственное «усовершенствование» человеческого рода и вторжение в Божий план о человеке. Таким образом, если при проведении процедуры редактирования генома эмбриона не будут затронуты те участки ДНК, содержащие генетический материал, определяющий человека представителя человеческого рода, и генетический материал, определяющий расовые и этнические особенности, то есть наследственные особенности, передаваемые поколениями. Исламская мысль связывает правовые границы, прежде всего, с императивными нормами (главным образом, с запретами) шариата, а значит – с религиозными критериями. Причем эти рамки со стороны могут казаться посягательством на права и свободы человека, но ислам их воспринимает как высшую, божественную справедливость. В связи с этим отметим, что именно справедливость, а не свобода, равенство или достоинство рассматривается исламом в качестве центральной категории концепции прав человека. Автор самого обстоятельного исследования прав человека с исламских позиций Мухаммед аз-Зухейли полагает, что с исламской точки зрения о реализации прав человека можно говорить лишь тогда, когда мусульмане соблюдают нормы шариата. Раскрывая содержание суры Корана «Власть», Маудуди-толкователь Корана отмечает, что ней подразумеваются несколько истин: жизнь и смерть даруются Аллахом, и никто другой не в силах дать и отобрать их; ни жизнь, ни смерть такого творения, как человек, которому дана сила творить добро и зло, не лишены смысла и пр. Еще один авторитетный толкователь Корана Абд ар-Рахман бин Насир ас-Саади считал, что запрет на убийство самого себя распространяется и на создание угрозы для своей жизни и на совершение поступков, которые могут привести к увечьям или гибели. Возможная отсылка к правам человека тесно связана с религиозными предписаниями ислама. Указание на дарование жизни Аллахом раскрывается также с позиции, что любая жизнь имеет смысл и что какие-либо действия, которые могут привести к отрицательным последствиями для жизни человека, есть прямое нарушение шариата. Таким образом, редактирование генома неприемлемо с позиций воззрений ислама и, следовательно, организационное посвящение в принятии веры будет невозможно вследствие серьезных императивных положений Корана. Несомненно, принятие веры выражается в двух аспектах. Во-первых, это внутренний акт человека, проявляющийся в соотношении себя и осознанном принятии существующих религиозных постулатов. Во-вторых, это организационный момент, который включает себя проведение религиозных обрядов. Человек, геном которого был отредактирован, всегда сможет личным внутренним актом принять конкретные постулаты какой-либо религии и в определенной мере ассоциировать себя с иными ее представителями, однако возможны трудности, связанные с посвящением. Если при проведении процедуры редактирования генома были изменены участки ДНК, определяющие человека в качестве носителя генетического материала всего человеческого рода и передаваемые поколениями наследственные особенности, то сказанное вступает в противоречие с религиозными воззрениями, которые приобщают человека к Божиему дару и необходимости принимать его первозданное естество. Измененная человеческая природа выступает серьезным препятствием к посвящению. Теоретически допуская, что такое посвящение состоится, в отношении носителя модифицированного генетического кода может сложиться предвзятость и действия уничижительного характера, что, в свою очередь, противоречит статье 7 Декларации 2003 г. о недопущении дискриминации и стигматизации. Если при проведении процедуры редактирования генома были задействованы только те участки ДНК, которые связаны с развитием заболеваний и опасных патологических состояний, то сказанное не будет являться препятствием к посвящению. Поскольку один из возможных способов редактирования генома зародышевой линии включает редактирование ДНК эмбриона до имплантации и поскольку это практически наверняка приведет к тому, что некоторые эмбрионы не будут имплантированы, религии, которые отвергают все исследования или искусственные репродуктивные методы, которые могут привести к неимплантации или разрушению эмбриона, выступают против такого редактирования. Религиозные опасения, вероятно, будут намного более серьезными, если редактирование генома будет использоваться для повышения работоспособности человека или даже для снижения риска развития заболеваний путем внесения новых изменений в последовательность ДНК. Исходя из проведенного анализа международных актов, регулирующих право свободы вероисповедания, религиозных постулатов и сопоставление названного права с геномным вмешательством, полагаем, что при строгом соблюдении сформулированных юридических условий и пределов генетическое редактирование зародышевой линии представляется возможным по основаниям, определенным в § 1-2 настоящей главы.
В статье рассматривается вопрос о том, может ли редактирование генома эмбриона рассматриваться как нарушение права на выбор вероисповедания. В частности, автор обращает внимание на то, что право на свободу вероисповедания является фундаментальным правом, которое имеет исключительное значение, поскольку признается и закрепляется на международном (универсальном и региональном) и национальном уровнях.