ГЛАВА 3. СРАВНИТЕЛЬНО-ПРАВОВОЙ АНАЛИЗ ТОРГОВОГО ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВА СИРИИ И РОССИИ.
Торговое право Сирии и России имеет как схожие, так и отличительные черты. Однако нельзя отрицать тот факт, что с развитием внешнеэкономических отношений, торговые законодательства стран востока и запада приходят к общему знаменателю. Выход арабских государств на внешнеэкономический рынок влечет широкое привлечение иностранных и, в том числе, российских инвестиций, а вместе с ними и правила ведения торгового оборота.  Законодательство Сирийской Арабской Республики в сфере торгового права отличается от аналогичных правовых источников в других арабских странах. Основное отличие заключается в отступлении норм Шариата от регулирования торговых отношений, в то время как в других странах религиозные правила сохраняют существенное значение, что во многом влияет на коммерческую деятельность. Так, в Сирии существует отдельный Торговый кодекс, принятый в ноябре 2007 года, и включающий в себя основные положения о торговой деятельности, в частности общие принципы торговли,затрагивает различные виды коммерческой деятельности; коммерческие договоры; устанавливает правила для векселей, чеков и облигаций; устанавливает процедуры индивидуальных и корпоративных добровольных соглашений, а также процедуру банкротства. В связи с изменениями в экономической политике, направленными на социальную рыночную экономику, в новом Торговом кодексе была предпринята попытка содействовать развитию сирийского рынка в качества потенциальной базы для местных и иностранных инвесторов. При этом в Сирии есть автономное гражданское законодательство, отличающееся от торгового по ряду признаков. В Российской Федерации, несмотря на долгие споры о необходимости создания отдельного торгового (коммерческого) кодекса, федеральный закон так и не был принят. За создание автономного кодекса выступают многие российские правоведы, в т.ч. Б.И. Пугинский, В.А. Белов и другие. Так, в связи с отсутствием специального закона, регулирующего торговые отношения, нормы российского права, регулирующие коммерческие отношения оказываются разбросанными по различным нормативно-правовым актам. А недостаточность законодательства, в свою очередь, влечет издание большого количества подзаконных ведомственных и региональных актов.  В сравнительно правовом аспекте представляется, что наличие кодифицированного Торгового кодекса способствует развитию национальной экономики и торговли. Торговые кодексы существуют во многих развитых странах с прогрессивной экономикой, таких как Корея (с 1962 г.), США (с 1962 г.), Турция (с 1954 г.) и др., что свидетельствует о высоком уровне правовой культуры и законодательства в этих странах.  Во-вторых, хочется подробнее остановиться на таком источнике права как судебная практика, значение которого также отличается в рассматриваемых странах. Несмотря на то, что ни Сирийская Арабская Республика, ни Российская Федерация не относятся к странам англосаксонской правовой системы, юридический прецедент в этих странах играет не последнюю роль в урегулировании торговых правоотношений. Как это было показано выше, сирийские судьи – скорее интерпретаторы, чем нормотворцы. Однако некоторые принципы всё же были сформулированы именно в судебной практике. Новая сирийская политика в области экономического развития призывает оказывать поддержку арбитражным центрам и комитетам по урегулированию конфликтов, с тем чтобы дела могли быть заслушаны сирийскими квалифицированными юристами. Во многих областях, находящихся вне контроля правительства, суды позволяют сторонам в деле согласиться урегулировать свои разногласия путем арбитража по коммерческим и гражданским делам. Такие комитеты могут опираться на сирийских юристов, применяющих сирийское право, в то же время соблюдая требования шариата. В Российской Федерации суды более активны как при разрешении коммерческих споров, так и в вопросах толкования и правового регулирования коммерческой деятельности. Следует сделать оговорку о том, что нельзя признавать судебную практику абсолютно нормотворческим источником, судьи лишь путём толкования дают необходимые объяснения по вопросам действующего законодательного регулирования коммерческой деятельности, это скорее касается судебного прецедента, как решения суда по конкретному делу, ставшего обязательным для нижестоящих судов (судебная практика в узком смысле). Поэтому в российской судебной практике появились «разъяснения» высших судебных органов, не приуроченные к конкретным делам, раскрывающие сущность и смысл правовой нормы, именно эта деятельность и называется толкованием закона. Так, по точному замечанию В.А. Белова, «толкование осуществляется не для целей применения закона к какому-нибудь конкретному спорному случаю, а безотносительно к такому применению; об обобщении практики по неограниченно большому числу вопросов, составляющих известный род. Именно поэтому высшие судебные инстанции, такие как Верховный суд РФ и Высший Арбитражный Суд РФ (до 2014 года), обладают правом на такое толкование, что существенно облегчает правоприменительную практику «коммерционалистов».  Поэтому, в аспекте «судебная практика», сирийскому законодателю следовало бы перенимать, в разумной степени и насколько это соответствует национальным особенностям сирийской правовой системы, опыт своих коллег и дать профессиональному суду более широкие полномочия, насколько это возможно, для дальнейшего более квалифицированного разрешения коммерческих споров, т.к. подобная судебная практика прежде всего адресована судам, эти разъяснения воспринимаются судьями как «квазинормативные», сирийские судьи могли бы повышать свою квалификацию и более профессионально разрешать споры, не прибегая к правовым процедурам за рамками судебного права. Следующей линией сравнения является правовой обычай. В данном аспекте следует напомнить, что в целом коммерческое право формировалось из правовых обычаев. Большую часть торгового права составляют неписанные источники. Малышев К.И. отмечал, что «ни одна торговая операция не создана законом; все они вышли из определения частных лиц, развились в торговом обороте и определились прежде всего нормами обычного права». Поэтому правовой обычай признаётся в равной степени как правовой системой Сирии, так и правом Российской Федерации. Во многом высокая правовая роль обычая объясняется провозглашением в этих странах рыночной экономики. Как известно, в советский период в России, в силу директивности экономики и отсутствия принципов свободной экономики и частной собственности, ни о каком обычае не могло быть и речи. Обычай вернулся с провозглашением частноправовых принципов и институтов.  Самый распространённый пример обычаев торгового права, признанный как Сирией, так и Россией это обычаи ИНКОТЕРМС-2000 и ИНКОТЕРМС-2010, своды стандартизированных правил, направленных на унификацию заключения договоров поставок на международном уровне. ИНКОТЕРМС позволяет контрагентам из разных стран вести коммерческую деятельность избегая конфликтов.  Также, на современном этапе развития торговое право характеризуется увеличением роль правовой доктрины в регулировании коммерческих отношений. Так, прежде всего на международном уровне существуют различные международные научные сообщества, занимающиеся разработкой принципов коммерческого права. Результатами этой разработки являются акты международной частноправовой унификации или NewLexMercatoria. Часто можно встретить позицию о том, что эти нормы являются разновидностью правового обычая, однако это не совсем верно. Так как эти акты являются результатом научной мысли, в том числе научной переработки правовых обычаев. К одному из самых распространенных актов частноправовой унификации относятся принципы международных коммерческих договоров УНИДРУА, создаваемые международным институтом унификации частного права. Эта межправительственная организация была создана в Риме в 1926 году, её участниками являются более 40 государств, в том числе Российская Федерация. Однако Сирия не является участником УНИДРУА. Исходя из этого, мы приходим к выводу о том, что для дальнейшего развития частноправовых начал в новой экономической политике Сирийской Арабской Республики, правительству государства следовало бы последовать примеру своих опытных коллег и присоединиться также к этой организации.  Наконец заключительной линией сравнения являются международные договоры и их роль в правовом регулировании торгового права в Сирии и России. Равно как и обычаи, международные договоры стремятся к унификации коммерческой деятельности между представителями различных стран устанавливая общие принципы их взаимодействия. В первую очередь это многосторонние соглашения. Как Сирия, так и Россия, являются участниками многих международных договоров, регулирующих коммерческую деятельность.Хотя различия всё же имеются.  Сирия как правило является участником региональных организаций, таких как рабский фонд экономического и социального развития (АФЭСР), Арабский Банк экономического развития в Африке, Арабский валютный фонд (АВФ), Организация арабских стран — экспортеров нефти (ОАПЕК). Параллельно Сирийская Арабская Республика стремится укрепить свои международные связи и с более крупными организациями. Сирия принимает участие в сессиях МВФ, а также сотрудничает с рядом организаций ООН.  Особое место в международно-правовом регулировании торговой деятельности занимает Всемирная торговая организация, основной целью которой является либерализация мировой торговли и обеспечение справедливых условий конкуренции. Российская Федерация является участником ВТО с 2012 года, до этого она 18 лет вела переговоры о вступлении в эту организацию. Сирия стремится стать участником ВТО, однако пока таковой еще не является. Сирия являлась одной из стран — учредителей ГАТТ. Однако в 1951 г. она вышла из Соглашения в знак протеста против участия в нем Израиля. Для того, чтобы стать участником ВТО Сирии предстоит пересмотреть свою экономическую стратегию ради соответствия стандартам ВТО. Интерес для Сирии также представляет участие в Евразийском экономическом союзе, наднациональный орган, реализующий функции таможенного союза ряда государств, активно ведущий правотворческую деятельность для поддержания конкурентоспособности национальных экономик. Для торгового права большее значение имеют нормы технического характера, устанавливающие регламенты о безопасности производимой продукции.  Во-вторых, следует отметить, что между Сирией и Россией есть также и двусторонние международные договоры, которые признаются обязательными для обеих сторон, следуя римскому принципу pacta sunt servanda, договор, подобно закону, становится источником права для контрагентов. В 1994 году был подписан Протокол о развитии торгово-экономического и технического сотрудничества, в соответствии с которым была создана постоянная российско-сирийская комиссия по торгово-экономическому и научно-техническому сотрудничеству. Со временем экономических контрактов между Россией и Сирией стало намного больше.  Таким образом мы можем смело утверждать, что Сирийская Арабская Республика и Российская Федерация имеют большие перспективы сотрудничества и перенимания опыта правового регулирования торгового права в законодательствах рассматриваемых стран.    
В статье рассматривается торговое право Сирии и России, его сходство и различия с аналогичным законодательством других арабских стран. Автор отмечает, что несмотря на различия в правовой культуре и законодательстве, торговые законодательства этих стран имеют общие черты, такие как кодификация, применение правовых обычаев, судебная практика, международные договоры и их роль в регулировании коммерческих отношений.