Заключение
Целью данной выпускной квалификационной работы являлось выявление факторов, влияющих на формирование внешнеполитического курса США в отношении иранской ядерной программы на современном этапе. В процессе выполнения поставленных для достижения этой цели задач был, во-первых, изучен процесс развития иранской ядерной программы и роль мирового сообщества в этом процессе. Сделан вывод о том, корни проблем иранской ядерной программы и американо-иранской напряженности стоит искать не в начале 2000-х гг., когда появилось иранское досье, а задолго до этого, когда отношения двух стран начали стремительно ухудшаться с момента победы исламской революции 1979, характеризуясь постоянной сменой одних циклов враждебности другими, только усиливающими взаимное непонимание и жесткую риторику. В «вину» Ирану за последние сорок лет вменялись захват заложников, ведение прокси-войн, связь с террористическими организациями и, безусловно, разработка ядерной программы военного назначения, однако пик напряженности пришелся на период нахождения у власти Дональда Трампа. В 2018 году США вышли из Совместного всеобъемлющего плана действий, затем последовали новые санкции, и, наконец, в 2020 году был убит выдающийся иранский генерал Касем Сулеймани, что приблизило ситуацию к критической отметке. Вступив в должность, Джо Байден заявил о готовности вновь присоединиться к СВПД при условии соблюдения Ираном его условий, и судьба сделки, по которой в настоящий момент продолжаются переговоры в Вене, понятна не до конца.  Во-вторых, были даны теоретические обоснования развитию иранской ядерной программы с точки зрения теории международных отношений, а также сделан вывод о том, что ситуация с иранской ядерной программой и принятием решений по ней в США развивается в парадигмах реализма и либерализма одновременно.  В-третьих, были рассмотрены основные этапы эволюции американо-иранских отношений в контексте развития иранской ядерной программы, а также прослежено развитие американского и международного санкционного режима в отношении Ирана, приведшего к глубокому экономическому кризису в стране. Изучена зависимость появления новых и снятия старых санкций от проводимой Ираном политики и сделан вывод о том, что эта зависимость проявляется не всегда, так как в ответ на соблюдение Ираном своих обязательств по СВПД, подтвержденных МАГАТЭ, США вышли из сделки в одностороннем порядке и ввели новые санкции.  В-четвертых, проанализирована степень влияния, оказываемого произраильским лобби в США на принятие решений в отношении Ирана при администрациях Обамы, Трампа и Байдена и сделан вывод о том, что это влияние, безусловно, важно, однако не является решающим.  В-пятых, было сформулировано, каким образом меняется политика администраций США в отношении Ирана в соответствии с американскими электоральными циклами, и сделан вывод о том, что значимые попытки наладить отношения с Тегераном предпринимаются в периоды «медового месяца» или второго срока, но возвращаются к конфронтационной позиции, когда время истекает и политическое давление вновь дает о себе знать. В-шестых, сделан вывод о том, что, говоря о факторах, влияющих на формирование внешнеполитического курса США в отношении Ирана, следует также брать во внимание идиосинкразию каждого президента США, деятельность их иранских коллег, а также деятельность сторонних посредников между ними - в частности, европейских акторов. Так, описание причинно-следственной связи, приведшей к заключению СВПД, должно признать значение более умеренного подхода президента-реформатора Ирана Хасана Роухани и его министра иностранных дел, получившего западное образование, Мохаммада Джавада Зарифа, по сравнению с президентом Махмудом Ахмадинежадом, чья враждебная риторика и агрессивный стиль только усугубляли сложности в и без того напряженных отношениях между двумя странами. Европейские лидеры, в частности Кэтрин Эштон в качестве инаугурационного Высокого представителя Европейского Союза по иностранным делам и политике безопасности, также сыграли важную роль в содействии диалогу между каждой из сторон переговоров. И, безусловно, огромное значение для развития ситуации в том или ином направлении имеют внутриполитические процессы в самом Иране, ведь лица, принимающие там решения, вынуждены маневрировать по сложной местности под влиянием различных политических фракций и групп влияния. Подводя итог, к факторам, влияющим на политику США в отношении Ирана и иранской ядерной программы можно главным образом отнести сначала желание наладить экономические отношения и иметь партнера в регионе с целью укрепления через него собственного влияния, а затем, после свержения шахского режима Пехлеви в результате исламской революции в 1979, - антиамериканскую политику нового тегеранского руководства, захват заложников в посольстве США, после которого были разорваны дипломатические отношения между странами, поддержку Ираном таких признанных террористическими в США организаций как Хезболла, ХАМАС и Палестинский Исламский Джихад, что являлось естественным следствием того, что иранский истеблишмент в принципе подвергает сомнению право государства Израиль (одного из ключевых союзников США в регионе) на существование, и, безусловно, беспокойство о возможной военной направленности иранской ядерной программы в связи со всеми вышеупомянутыми факторами. Все это привело к формированию определенного, преувеличенно-злодейского образа Ирана в американском обществе. Конгрессмены, политические эксперты, журналисты, ученые и лоббисты создали крайне негативное и враждебное представление об Иране в американском политическом и общественном дискурсах, что, без сомнений, тоже можно отнести к факторам внутренней повестки США, влияющим на принятие решений в отношении Ирана. Эта работа, ставя одной из своих задач попытку понимания колебаний в политике США в отношении Ирана, а также их неспособность достичь значимого прогресса, подчеркивает взаимозависимость международных и внутриполитических объяснений. Одним из выводов здесь служит утверждение, что два настолько различных подхода друг к другу как у США и ИРИ формируют среду принятия решений таким образом, что затрудняют любой длительный отход от стандартной враждебной позиции. На международном уровне геополитические соображения, сформированные во многом в парадигме реализма, однако испытывающие на себе и влияние либерализма, закрепили с обеих сторон мощные и идеологически заряженные нарративы, изображая Иран как постоянную угрозу интересам США на Ближнем Востоке и наоборот. Такие нарративы отражают разочарование США в связи с «потерей» Ирана в холодной войне, соперничество двух государств в видении регионального порядка на Ближнем Востоке и их более широкие последствия. Однако эта ситуация никогда не была полностью лишена возможностей для ослабления напряженности, а враждебная риторика не всегда соответствовала реальности материальной угрозы, исходящей от Ирана.  Таким образом, США продолжают быть приверженными Ближнему Востоку и сегодня, и этот факт остается предметом дискуссий. Однако даже если допустить снижение важности региона для интересов США, неизбежный отказ от него представляется маловероятным, и любой путь ухода с Ближнего Востока все равно потребует конструктивного взаимодействия с союзниками и противниками. Независимо от того, будет ли внешняя политика Ирана привлекать такое же внимание, как и в прошлом, ее политические, региональные и международные последствия будут продолжать оказывать влияние на различных действующих лиц в Белом доме. Как показано в данной работе, способность сменяющих друг друга администраций «перезагрузить» отношения с Ираном была сильно ограничена как геополитическим давлением, так и сопутствующими прецедентами и представлениями, сложившимися и укрепившимися за последние сорок лет отношений, которые имели тенденцию к враждебности и непониманию. Способность Вашингтона пользоваться моментами, благоприятными для «оттепели», сдерживается внутриполитическим давлением, которое проявляется в соответствии с динамикой избирательных циклов в США. На протяжении более четырех десятилетий политика США в отношении Ирана разрабатывалась с оглядкой на внутриполитический календарь, колеблясь между попытками сближения и неослабевающей враждебностью. Для того чтобы сдвинуться с места, необходимо способствующее конструктивному диалогу выравнивание условий на международном и внутреннем уровнях. Такие моменты были редкими, так как в большинстве случаев благоприятные факторы на одном уровне компенсировались препятствиями на другом, оставляя за собой след из ложных надежд и упущенных возможностей, однако Вашингтон продолжает играть ведущую роль в международном процессе по иранской сделке, несмотря на свой выход из соглашения. Этот выход, вероятно, даже усилил значимость США как актора, влияющего на ситуацию, так как заметно и весьма ощутимо ее усложнил, и теперь решение проблемы, во многом кажущейся тупиковой, критически зависит от действий, предпринимаемых Соединенными Штатами.   
В данной работе рассматривается влияние различных факторов на формирование внешнеполитического курса США в отношении иранской ядерной программы. Рассматривается процесс развития отношений между двумя странами, а также роль мирового сообщества в этом процессе. Анализируется эволюция американо-иранских отношений и степень влияния произраильского лобби на принятие решений в отношении Ирана при администрациях Обамы, Трампа и Байдена. Также отмечается, что значимые попытки наладить отношения с Тегераном предпринимаются в периоды «медового месяца» или второго срока, но возвращаются к конфронтационной позиции, когда время истекает и политическое давление вновь дает о себе знать.