1.2.1.Вербальные способы передачи чувственной и эмоциональной окрашенности в художественных текстах
В психолингвистике огромное место занимают изучения способов передачи чувственных и эмоциональных состояний человека. Исследованиями в этой области занимались такие учёные как В.И. Шаховский, В.П. Белянин, Л.Г. Бабенко, Е.М. Верещагин и другие. Особенно это подчёркивал В.И. Шаховский в своих исследованиях, говоря, что эмотивная оценка человека является неотъемлемой частью познания окружающего мира[Шаховский 2008]. Поскольку проблема разграничения и теоретического определения психологических понятий эмоция, эмоциональное состояние, чувство и т.д.  не получила еще своего решения. Все проявления эмоциональных реакций персонажей автором художественного текста номинируем эмоциональными состояниями. Лексемы эмоция, чувства, переживания, эмоциональное/ душевное/ внутреннее состояние могут употребляться как синонимичные. Вербализация внутренних переживаний человека привлекает все речевые уровни: фонетический, морфемный, морфологический, лексический, фразеологический, синтаксический. В зависимости от того, есть ли в обозначении эмоций прямое указание на определенное переживание, выделяют эксплицитное и имплицитное обозначение эмоционального состояния в художественном тексте. К эксплицитным языковым обозначениям относятся лексические и фразеологические единицы, в состав которых входит прямое указание на конкретную эмоцию или чувство. Лексемы и фразеологизмы, не имеющие непосредственного указания на переживание, причисляются к имплицитным языковым обозначениям. Интерпретация эмоционального состояния в данном случае зависит от фоновых знаний читателя и от контекста художественного произведения [Баженова 2004: 53–54].  Примерами эксплицитных обозначений могут служить следующие единицы: раздражение, гнев, возмущение, ярость. К имплицитным можно отнести: показалось, будто свалилась на него широкая, темная стена; чувствовала себя, как будто в доме кто-то больной лежал. Основным считается лексический способ объективации эмоций. Как отметила Л. Г. Бабенко, семантическая категоризация эмоций должна осуществляться прежде всего на основе лексики, которая называет эмоции, поскольку в ней эмотивные смыслы эксплицитны, наиболее устойчивы и стабильны. Такие слова исследовательница считает непосредственными знаками эмоций [Бабенко 1989: 12-13]. Отвечая на вопрос об изучении и анализе текстов через призму эмоционального компонента, В.И. Шаховский отмечает, что человеческая деятельность является мотивационно обусловленной. Он как и многие отечественные лингвисты разделяет языковые единицы на эмоциональные и нейтрально неоправданные, поскольку считает, что каждое слово изначально наделено эмоциональным потенциалом [Шаховский 2008: 13-14]. Языковая репрезентация чувственно-эмоциональных состояний невозможна без обработки их сознанием. Знания, полученные на основе чувственно-эмоциональной оценки считаются неустойчивыми, поскольку эмоциям свойственно меняться и переходить друг в друга, тем самым превращая ассоциации в их диссоциации. Эти показатели мешают точно интерпретировать эмотивную вербализацию мысли человека, поскольку содержание культурного референта эмоции в одном лингвокультурном познании отличается от любого другого [Шаховский 2008: 28]. На письме вопрос отображения эмотивных состояний создаёт для переводчиков и самих писателей немалые проблемы. Эмотивное значение слова не является явлением индивидуальным, а наоборот выражает обще социальную ситуацию касательно определённого предмета речевого акта. Таким образом можно говорить о выражении эмотивности в качестве той или иной функции слова. Например слова могут иметь одно и то же логико-символическое значение и различаться наличием или отсутствием чувственно-эмоциональной окрашенности. Это означает, что слова могут означать один и тот же объект но различаться по ассоциативным чувственно-эмоциональным состояниям. Это приводит к разным ситуациям их употребления в контекстуальном значении [Шаховский 1987]. Значение эмотивно окрашенных слов соотносится со всеми участниками коммуникации. Логично предположить, что в таком случае слова, выражающие чувственно-эмоциональные состояния являются коммуникативными. Языковые репрезентации подбираются индивидуально каждым участником языковой коммуникации в соответствии с его личным осознанием ситуации на момент говорения. Особенность таких типов слов заключается в обусловленности ответной реакции на них. Предполагается, что выражая ту или иную эмоцию (радость, страх, отвращение и др.) участники коммуникации ожидают ответной эмоции у своего оппонента [Шаховский 1987]. Положение эмотивно окрашенного слова в контексте может изменять его значение. Например “He was nonplussed at seeing his cat chase the neighbor’s dog up a tree” и “The surprise birthday party left him nonplussed; he had known about it for a week already”. Если в первом случае «nonplussed» означает недоумевать, то во втором примере означает совершенно противоположное ему значение. О значении этого слова читатель может понять только из контекста [Шаховский 1987: 47-57]. В отечественной лингвистике считается, что функциональность языка напрямую влияет на его организацию и развитие. Всякая речевая деятельность по природе своей является эмоционально окрашенной. Однако, не является обязательным условием обусловленность явно выраженной эмоциональности для всех и каждого. Семантическая система каждого слова имеет поле, состоящее из всевозможных ассоциаций. Эмоциональные репрезентации могут вступать в отношения денотативными словами. Именно так создаётся контекстуальная зависимость в языковых репрезентациях. Денотативные слова могут референтную расположенность и приобретая рядом с собой эмотив они получают новое значение, сужая его до определённого контекста, в то же время обретая новую эмотивную валентность. Новое значение могут нести в себе не только целые присоединяемые к денотату эмотивные слова, но также и присоединённые эмотивные частицы. Например анти-, супер-, экс- и так далее. В таком случае такие приставки позволяют участникам коммуникации варьировать их формами употребления в новых контекстах [Шаховский 1984: 97]. Эмотивность художественного текста как одно из базовых свойств художественного текста, соотносится с над предметными в нем эмоциональными компонентами и актуализируется через эмотивно нагруженные текстовые компоненты, воплощающие авторские эмоциональные интенции и моделирующие эмоции адресата. Автор и персонаж являются основополагающими категориями художественного текста. Автор и персонаж в большинстве случаев занимают главное положение в художественном тексте. Чувства персонажа, представленные через автора предстают в тексте как объективно существующие в действительности, а чувства, выраженные непосредственно автором, подразумевают субъективную окраску. В тексте уровень персонажей и уровень авторского сознания взаимосвязаны и представляют собой эмотивную составляющую текста, однако следует отметить, что образы автора и персонажа часто противопоставлены друг другу и не являются равноправными [Бабенко 2003 :18]. Совокупность эмоций в тексте является своеобразной динамической компонентой, изменяющейся при развитии сюжета. Эмоции отображают внутренний мир персонажа в разных условиях, его субъективное мнение касаемо других персонажей. Обнаружение эмотивной лексики и исследование ее отдельно от контекста может дать лишь поверхностное представление о содержании эмотивных коннотатов, реализуемых в тексте. Основная сложность в работе с эмоциональной составляющей текста, заключается в многоаспектном рассмотрении эмоциональности текста. Эмоции характеризуют все компоненты коммуникативной ситуации, информация о которых в закодированном виде представлена в тексте. С одной стороны, эмотивно окрашенный текст —это один из типов текста, имеющий свои содержательные и структурные особенности. В таком качестве эмоциональность понимается как эмотивность текста и рассматривается в контексте его содержательных характеристик (тематическая структура, оценочность). С другой стороны эмоциональность — это условие реализации текста, потому что эмоциональная сфера личности человека является мотивирующей силой, направляющей и регулирующей когнитивные процессы и сам механизм их отображения. Этот факт, подтвержденный психологами, дает возможность при обнаружении содержательных единиц и смысловых доминант в тексте опираться на мотивационные аспекты сознания личности. Необходимо отметить то, что в современной лингвистике статус языковой эмотивности недостаточно изучен. Поэтому, несмотря на большое количество научных работ и исследований отечественных и зарубежных исследователей, ее часто отождествляют с экспрессивностью и оценкой. Семантика лексики, выражающая эмоции, внутреннее эмоциональное состояние человека, его сознания и психики. Среди эмотивов особое место занимают возгласы. Некоторые лингвисты считали, что возгласы вообще не имеют предметно-логического значения, то есть не означают понятия. Эмотивы выражают и эмоцию, и понятие, связанное с этой эмоцией. В предложении возгласы выполняют коммуникативную и эмотивную функции, что свидетельствует об их важной роли в речевом акте. Эмотивность специфических экспрессивных лексических единиц - бранных слов, вульгарных слов, жаргонизмов – является составляющей их коннотативного компонента как носителя экстралингвальной информации. Итак, как вербальная категория, эмотивность реализуется через сигналы эмотивности: при использовании в художественном тексте эмотивных языковых средств; за счет нетрадиционности знаковых образов, использованных в тексте; при нетипичном употреблении речевых знаков.
Эмотивность художественного текста является одним из базовых свойств художественного текста, соотносится с над предметными в нем эмоциональными компонентами и актуализируется через эмотивно нагруженные текстовые компоненты, воплощающие авторские эмоциональные интенции и моделирующие эмоции адресата.