1.2.
 Разные стереотипы и прототипы характерны разным картинам мира в разных лингвокультурных обществах. По общему мнению, картина мира – это некий комплекс, система взглядов человека на окружающий его мир, модель мира. В нее входит окружающий человека мир и сам человек, то есть реальная действительность. Картина мира представляет собой ментальную репрезентацию той или иной культуры, а формируют картину мира категоризация и концептуализация, которые как раз зависят от культуры и языка. Окружающий мир преломляется в человеческом сознании через призму культуры, модифицированную на основе индивидуальных восприятий личности. Другими словами, это «некоторое целое знаний и представлений о мире, сформированное языком конкретного общества». В картину мира входит совокупность «…знаний индивида, этноса, социума об объективной действительности».  Картину мира описывают такие специальные параметры, как, например, зрительные образы, звуки, запахи, положение на шкале сопоставлений с другими объектами (большой/маленький, близкий/далёкий и так далее), фреймовые структуры и скрипты (то есть сценарии действий).  В данном исследовании особенно важно рассмотреть и разобрать японскую картину мира, которая, несомненно, заметно отличается от других. Японские стихи, переведенные на русский язык, которые были упомянуты и проанализированы в этой работе ранее, как раз несут в себе характеристики, относящиеся к японской картине мира, так как произведения были написаны непосредственно самими японцами о своей же стране, культуре и природе. Стоит также упомянуть и книгу Рёко Секигути, современной японской писательницы, которая является представительницей современного японского общества. Рёко Секигути изучала историю искусств в Сорбонне, а также получила докторскую степень по сравнительному литературоведению и культурологии в Токийском университете. На счету писательницы около двух десятков книг глубоких стихотворений, прозы и многочисленных эссе. Она пишет как на родном японском языке, так и на полюбившемся французском, языке любви.  В одном из ее мировых бестселлеров, сборнике уникальных эссе под названием «Нагори. Тоска по уходящему сезону», рассказывается о важности сезонов и их регулярной смене. Само слово «нагори» в переводе с японского означает конец сезона, всего позднего и запоздалого, а также это «тоска по уходящему», «грусть об ушедшем». Автор пишет, что нагори произошло от нами-нокори, что буквально означает «след волн или отпечаток, оставленный на берегу отхлынувшими волнами». Писательница увлекает своих читателей в изумительный, философский, таинственный мир природы, рассказывая о сезонах, сравнивая их с глубокими чувствами и эмоциями. Для самих японцев эта тема очень важна и близка им: сезоны необходимы затем, чтобы ощущать время. Автор также пишет о значимости сезонности блюд и продуктов, через еду и сезонную пищу людям удается лучше всего взаимодействовать с природой и прочувствовать ее, вкусить ее дары, послушать приятный запах. Получается, что сам плод как бы сообщает нам о своем собственном времени и его «жизни»: как он созревал, цветя на солнце, как за ним ухаживали люди, и заботилась сама природа.  Писательница углубляется в историю и философию, говоря о важности сезонов и о том, что человечество всегда словно стремилось управлять временем. Сколько книг об этом было написано, сколько фильмов было снято о путешествии сквозь время или о потенциальных параллельных реальностях, где время течет иначе. Часто и в наше время подобное происходит: в томящую жару люди думают о прохладном ветерке весной или вспоминают белоснежную сказку, и наоборот, зимой мечтают о лете, красивом песчаном пляже и необъятном океане.  Раньше с продуктами было тяжко, зимой, естественно, урожая не было. К тому же еще в прошлом веке было невероятно сложно найти и купить, например, экзотические фрукты или ягоды. А теперь всё совсем иначе, людям лишь нужно сходить в магазин или заказать необходимую еду. И Рёко Секигути напоминает, что нужно быть благодарным за это, за все дары природы, которые, к сожалению, многим уже приелись, и поэтому люди воспринимают их как должное: «чудо стало реальностью… и если мы пресытились им, то просто потому, что утратили ощущение чуда».  Эта книга вдохновит читателей изменить свое отношение к еде, погоде и времени в целом и в который раз убедиться, как важна природа и сезоны для японцев, а также какой большой мудростью наделен этот народ. Данное произведение не только поможет почувствовать связь с окружающей средой и богатым миром флоры, но и позволит остаться этой связи с читателями навсегда, даст ощутить время, при этом не отставая от реальной жизни в настоящем. Необходимо ценить каждый момент, проживаемый на земле, быть благодарными и постоянно помнить, кто мы есть. Каждая строка проникнута чуткостью к жизни и волшебным замедлением, а также истинным ощущением мира. Нагори – это сложная, невероятно глубокая и одновременно очень тонкая материя, которая упомянута во многих произведениях искусства, таких как стихотворения, различные рассказы, романы, а также живопись и театр.  К вышенаписанному об особо тёплом чувстве к природе можно также добавить, что японцы в принципе в своем большинстве стремятся видеть красоту в окружающих их вещах и мире, придают ему большую значимость и эстетичность. Известный японский писатель Тэцудзо Таникава отметил, что в основе японского национального характера всегда лежит именно эстетическое чувство, которое является основополагающей чертой.  Ю. С. Ковальчук родилась на Сахалине и долго там жила, она является научным сотрудником Института археологии и этнографии, кандидатом исторических наук. Ю. С. Ковальчук училась, проживала и работала несколько лет в Японии, после чего создала несколько книг о жизни там и о самих японцах, основываясь на собственном опыте и приобретенных знаниях. В своей книге под названием «О чем думают японцы?» автор описывает духовный мир этой нации, подробно рассказывает об особенностях японского общества и разнообразии их культуры, открывая перед читателем японскую картину мира во всех ее красках.  Безусловно, японское общество, как и любое другое, состоит из различных групп, а также подгрупп. И они, в свою очередь, называются субкультурами, согласно социологии. А доминирующей на данный момент является мужская субкультура, которая на сегодняшний день активно продвигается в качестве японской национальной культуры: вспомнить, например, историю самураев, камикадзе и Ямамото. Ю. С. Ковальчук пишет, что японская нация представляет собой некий сплав региональных менталитетов, то есть это представители разных традиций и поколений. И для них очень важна собственная культура: японцы отмечают должным образом национальные праздники и нередко участвуют в традиционных культурных мероприятиях, этнических фестивалях. Однако они в своем большинстве сами совсем не стремятся понять другие, чужие культуры и традиции – им вполне достаточно собственных. И исходя из этого, напрашивается вывод, что, по мнению, наблюдению и исследованиям Ю. С. Ковальчук, японская культура разнообразна и при этом отнюдь не похожа на другие: то есть раньше, делая вклад в нее и создавая произведения искусства или, допустим, многочисленные художественные произведения, японцы брали информацию из себя самих, чаще основываясь на личном опыте, а не заимствуя из других стран и их культур и традиций.  В своей книге она подробно рассказывает, как для японцев важна природа и всё, что с ней связано: каждому сезону у них соответствуют конкретные цветы и растения, так как каждое время года несет для народа личные, особые, тёплые воспоминания из жизни. На улицах Японии регулярно проводятся специальные процедуры: обрезаются нижние ветки на деревьях. Делается это и для эстетичности, и для большего комфорта самих растений, дабы стало легче. Причем на улицах в Японии у каждого дерева есть свой уникальный номер, который прикреплен к стволу резинкой. В стране также существует огромное количество парков, где всегда можно увидеть главное растение Японии – сакуру, японскую вишню. Практически везде эти растения в темное время суток освещаются ярко-розовыми фонарями (а они, покрыты розовой плёнкой для защиты от сильных дождей), чтобы уже издалека их можно было заметить и вдоволь налюбоваться красотой и великолепием этих цветущих деревьев.  Автор говорит, что даже зимой, так как для японцев очень важна красота природы и мира флоры, для яркости и большей живости на фоне серых домов и белого снега японцы порой высаживают растения. Например, однажды в декабре, с наступлением зимы, несмотря на холода и предстоящие морозы (которые редко, но всё же бывают), на аллею в центре столицы высадили большое количество анютиных глазок.  Приведенные выше примеры доказывают большую значимость и ценность природы и всего живого для японцев: они тщательно ухаживают за растениями и цветами, заботятся о столетних сакурах, уважают любую погоду в разные времена года. И конечно, особое значение для них имеет море – такое бескрайнее, великое и прекрасное. Море, которым можно любоваться часами на закате, которое может быть опасным ввиду разного настроения стихий, которое их кормит (японская национальная кухня состоит преимущественно из морепродуктов). Именно поэтому в японской поэзии так часто упоминается океан или другие представители стихий и природные явления, а где-то – простые, но очень тёплые и уютные пейзажи, которые японцы так ценят.  Востоковед, японист, журналист В. В. Овчинников, в своей книге про раскрытие японской и английской культур под названием «Сакура и дуб» сравнивает Японию и ее «характер» с «деревцем, над которым долго трудился садовод, изгибая, подвязывая, подпирая его», – здесь тоже содержится мотив природы.  Труды и научные работы, а также многочисленные репортажи В. В. Овчинникова дают читателям возможность погрузиться в глубокий, таинственный, захватывающий, и буквально волшебный мир Японии и Англии, а также прочувствовать эту уникальную атмосферу, словно находясь в этих странах. Его книги остаются особенно актуальными и востребованными в наше время. Писатель красочно и подробно описывает особенности традиций, истории и культур двух государств, уделяя внимание деталям, хорошо разбираясь в их национальном менталитете.  Писатель также говорит о важности природы для японцев, особое значение для них имеют горы, ведь еще в древности в этой стране считалось, будто горы – некая промежуточная ступень между небом и землей, и поэтому они – это святое место, куда могут снизойти боги с небес, а также там обитают души ушедших предков. К тому же японцы поклонялись горам еще и потому, что те казались им великой божественной силой, которая дремала в недрах, однако порой вырывалась на поверхность в виде пламени, огня, лавы, грохота, огненных рек и каменных дождей.  Народ Японии с давних времен и до сих пор почитает Аматэрасу, могущественную богиню солнца, культ которой несет в себе основу обожествления природы, которую японцы, в свою очередь, тоже уважают и превозносят. Автор пишет, что японская религия синто (отсюда синтоизм, буквально переводится как «путь богов») основывается на том, что всё в мире является одушевленным, то есть живым, и поэтому всё наделено особой святостью: величественные горы, цветы нежного лотоса, радуга, что появляется на небе после дождя. А богиня Аматэрасу представляет собой главу всех этих миллионов божеств, которые существуют.  Важно добавить, что синтоистская вера прибавила народу веры в природу, выделила особую чуткость к ней. Японцы наслаждались ее постоянной переменчивостью и частыми изменениями, радовались и благодарили ее за подаренную необъятную красоту. Однако стоит уточнить, что японцы начали поклоняться природе и различным явлениям окружающего мира не потому, что боялись гнева божества и необъятной силы обманчивых стихий, а потому, что были переполнены положительной энергией, были рады и благодарны за то, что природа щедрая, могущественная и чаще ласковая с людьми, несмотря на то что она также нередко гневалась.  В этой книге ученый описывает Японию как страну многочисленных живописных панорам. Ландшафты этого государства составлены в основном из достаточно мягких тонов, которые как бы приглушены влажностью воздуха. В Японии часто можно заметить и сезонные краски, такие как цветение азалий весной или огненно-яркие листья японских кленов в осенний период. А стремление к гармонии и балансу с природой – это одна из важнейших черт японского искусства. Вот почему и японские поэты, и талантливые художники обычно выбирают именно тему природы для своих творений, и у их произведений, как правило, преобладают красочные пейзажи. Сами японцы не разделяют свое искусство, мировоззрение, картину мира, культуру и традиции от природы и окружающего их мира.  В. В. Овчинников делает акцент на том, что природу уважают и в кулинарном искусстве – японские повара, точно поэты или художники, они создают шедевры на кухне, отдавая свое предпочтение чаще всего сезонности пищи, стремясь ее выделить и подчеркнуть. Поэтому в стране соответствие определенному сезону ценится намного больше, нежели само приготовление блюда. Природа у японцев преобладает буквально во всех сферах жизни. Вспомнить, например, чайную церемонию или икебану, в смысле которых заложены идеи о цветах, растениях и об уважении природы в целом.  Важно добавить, что существует так называемый комплекс исследований об уникальности японцев, «нихондзинрон», что в переводе означает буквально «теория о японцах». В середине XIX-го века в Японии становятся популярны общественные деятели (Нацумэ Сосэки, Фукудзава Юкити и другие), которые говорят о японцах как об уникальной нации. Данная концепция занимается изучением японцев, их национального менталитета и особенностей, культурных и национальных идентичностей, а также сравнивает и сопоставляет Японию с другими странами мира в различных сферах.  Так как в исследовательской главе данной работы проведен сравнительно-сопоставительный анализ не только самостоятельно переведенных с английского языка на русский стихотворений, но и получившихся в итоге образов Японии (с точки зрения самих японцев и англоязычных авторов), необходимо дать описание и характеристики английской картине мира, а также подробнее рассказать об особенностях традиций, культуры и национального менталитета Англии.  Прежде всего В. В. Овчинников отмечает, что англичане – это по большей части материалистичный народ. Важно добавить, что в сравнении с Японией различий много. Основные из них находятся на поверхности: это заметные различия в духовной сфере, разные религии, традиции и обычаи, нравственные ценности. Еще Ю. С. Ковальчук в своих научных трудах писала, что японцы – очень сплочённая нация, и для них важно общее благо их коллектива, которому они в своем большинстве согласны безоговорочно подчиняться. В то время как для англичан и, по правде говоря, для других западных народов характерен индивидуализм, то есть для них важно их собственное благо.  Одно из наиболее значимых различий – это особенности поведения японцев и англичан. Существует мнение, что, несмотря на то что обе страны фактически представляют из себя островные государства, Япония на своей территории буквально закрыта, точно отделена или даже изолирована от внешнего мира, а Англия, наоборот, открыта и готова коммуницировать и содействовать с остальными странами, поэтому у англичан имеется порт с выходами к морю «со всех сторон». Отсюда и возникает идея о поведении этих народов: принято считать, что одни закрытые и достаточно скрытные, держащие всё в себе, старающиеся сохранить старое и воспевающие свою древность, исконные традиции, первоначальную культуру, а другие – намного более открытые, сотрудничающие с остальными, впитывающие некоторые «чужие» особенности и нередко меняющие свой стиль. Это распространенное мнение также можно определить как стереотип.  Несмотря на то что отношение к природе у англичан не такое, как у японцев, и парков и лесов у первых меньше, все равно в Англии ценят природу, и В. В. Овчинников в своих работах подробно об этом рассказывает. По его мнению, англичанин в парке, то есть наедине с природой, словно становится другим человеком. Английские парки – это не только различные заповедники сельской природы, которые находятся внутри города, это также глоток свежего воздуха для людей, во всех смыслах этого выражения. В парках англичане чувствуют себя более свободными и беспечными, ведь там их ничто не стесняет и не обременяет. Многие люди начинают и чувствовать, и вести себя, как дети, точно окунаются в прошлое, сбегая от проблем взрослой жизни, многочисленных обязанностей, усталости и тяжелой ответственности. Люди снимают с себя бремя забот и просто наслаждаются моментом, проводя свое время на природе и отдыхая от нескончаемой рутины и повседневной жизни.  Автор отмечает, что «природа Англии помогает понять такую черту английского характера, как сдержанность, склонность к недосказанности». И действительно, оттенки окружающего мира этой страны приглушены, расплывчаты, вспомнить, например, пологие склоны холмов, вековые дубы, стоящие по одиночке, нескончаемые луга и поля, ухоженные домики и небольшие скромные церкви.  В природе Англии не так много ярких красок, как в той же Японии, у них не растут деревья сакуры на улицах, и зимой цветы распускаются очень редко. Писатель сравнивает неустойчивую погоду и умеренные пейзажи Англии с климатом и природой средней полосы России. Сельская местность страны несет в себе характер старой земельной аристократии. Ранее это государство можно было назвать сельскохозяйственным, однако теперь оно не нуждается в производстве хлеба или других зерновых культур, поэтому сейчас от специальных полей, лугов и рощ для выращивания урожая не так много пользы, как было раньше. В своей книге он пишет, что англичане и японцы схожи в том, что не стремятся подчинить природу своей воле, они не навязывают ей некую «геометрическую правильность форм», а наоборот, чаще пытаются сохранить природные естественные черты, но при этом сделать так, чтобы и сосуществовать в такой природе было приятно и комфортно. И поэтому даже дороги в Англии кладут с минимальным ущербом природе и искажением того, что было на том месте изначально: английские дороги и дорожки не портят естественный узор земли, а выделяют его и направляют своих путников к истокам, исконному руслу, где раньше на том самом месте текла, возможно, совсем другая жизнь. Напрашивается вывод, что англичане и японцы во многом похожи относительно природы.  Как известно, японцы – народ сдержанный, с самого раннего детства их учат подавлять в себе какие-либо эмоции и чувства, не быть чересчур экспрессивными и возбужденными, оставаться закрытыми и замкнутыми, а также держать буквально всё в себе. Оказывается, Япония в этом очень схожа с Англией: авторы книги «Эти странные англичане» отмечают, что английских детей тоже чуть ли не с рождения учат подобному, то есть «не проявлять своих истинных чувств,.. подавлять любую несдержанность,.. изображать томное безразличие ко всему, хотя в душе у вас в этом момент могут прямо-таки кипеть страсти». Профессор, доктор филологических наук Т. В. Ларина в книге «Категория вежливости и стиль коммуникации» замечает, что, действительно, в английском обществе ценятся самоконтроль и определенная эмоциональная сдержанность, в то время как открытое проявление эмоций и чувств общественно осуждается и не принимается в принципе.  А. В. Павловская, культуролог, регионовед, доктор исторических наук, в научных трудах пишет, что «английская сдержанность и нежелание показывать свои чувства вызывают наибольшее непонимание, а порой осуждение окружающих, как эмоциональных представителей романского мира, так и чувствительных – мира славянского, даже немцы отличаются хотя бы сентиментальностью». Поэтому, проводя лингвокультурологический, языковой и стилистический анализ англоязычных поэтических текстов, необходимо сказать об эмоциональной окраске языка, о мелодике выбранных стихотворений и о настроении, которое создает автор в своем произведении, какие средства художественной выразительности поэт использует и с какой целью. Кроме того, важно отметить, смог ли в итоге поэт передать чувства и атмосферу стихотворения, несмотря на «английскую сдержанность».  Так как некоторые поэтические тексты, проанализированные и разобранные во второй главе данного исследования, написаны авторами-американцами, необходимо также представить краткие и основные сведения об особенностях американского национального менталитета. Так, например, американский историй и социальный критик Артур Шлезингер называл весь американский народ нацией, в которую входили люди, как бы «добровольно» сделавшие этот выбор, он говорил, что эта нация «не была основана на этнических сообществах». Подводя итоги, напрашивается вывод, что американцы, по мнению ученого, – это не те, кто принадлежит государству исторически, это определенная нация, которая сама себя называет американской, то есть просто люди, которые там проживают. Существует стереотип, что всех этих людей объединяет «американская мечта» - совокупность жизненных идеалов, широкий выбор возможностей, а также многочисленные идеи о свободе. Профессор в области делового администрирования Паскаль Бодри в своей книге под названием «Французы и Американцы. Другой Берег» рассказал про определенный набор качеств, которые, как он говорит, по мнению большинства французов, свойственны типичному американцу. Автор называет американцев «дружелюбными, общительными, шумными, грубыми, богатыми и щедрыми». Повествует, что они являются  интеллектуально недоразвитыми, самоуверенными, но при этом очень трудолюбивыми. Писатель отмечает, что американцы полны различных предубеждений, что они часто недооценивают достижения многих других культур и находятся в постоянной спешке. 
В данной работе рассматривается тема картины мира и ее особенностей в разных лингвокультурных обществах. В первую очередь, автор обращает внимание на то, что картина мира – это система взглядов человека на окружающий его мир, которая формируется на основе его индивидуальных восприятий. В нее входят такие параметры, как зрительные образы, звуки, запахи, положение на шкале сопоставлений с другими объектами (большой/маленький, близкий/далёкий и так далее).