А
В данном исследовании концепт взаимодействия местных жителей и туристов проанализирован в рамках антропологического, семиотического, коммуникативного, пространственного и, конечно, экономического подходов. Выбор перечисленных подходов обусловлен тем, что в их основе определенной степени туризм рассматривается, исходя из понимания сего феномена, в качестве социальной практики и основы познания мира.  Исследование осуществлено на основе всестороннего анализа научных источников из разных областей научного знания. Основными методологическими подходами, использованными в данном исследовании, являются структурный анализ, позволяющий изучить сферу туризма как системное явление, функциональный анализ, помогающий выявить особенности сферы туризма через реализацию функций, а также антропологический, культурологический, аксиологический и деятельностный подходы.  Итак, что касается уровня развития туризма в Карельском перешейке, то средняя оценка респондентов сего аспекта варьируется от трех до пяти баллов. Таким образом, туризм в регионе развит ориентировочно на четыре балла, что довольно неплохой результат, если учитывать современную трансформацию туристического кластера основных туристских дестинаций России, движущуюся в правильном направлении. Тем не менее, один из респондентов (местный житель поселка Мельниково) дал оценку развитию туризма здесь меньше единицы (0,8-0,9 баллов). Наверное, это можно объяснить чрезмерной темпераментностью информанта (этот момент был наглядно продемонстрирован во время проведения интервью), а также контрастностью поколений (72 года), принципиально иной позицией по отношению к рассматриваемой проблематике, демонстрацией личного недовольства (мол, конечно, хорошо, но раньше было лучше). Так, в целом, и туристы, и местные жители удовлетворены уровнем развития туризма в регионе.  Большинство опрашиваемых считает, что туристский потенциал Карельского перешейка развит вполне приемлемо, при этом на практике реализован далеко не в полной мере. Основная масса респондентов делает акцент на недостаточном развитии гостиничной инфраструктуры, отсутствии квалифицированных экскурсоводов, а также некоторых типов туризма (например, экологического, паломнического), которые отлично бы вписались в туристическую программу территории Карельского перешейка и смогли бы сформировать целостную картину рассматриваемой дестинации, приуроченную к эстетическому началу. Тем не менее, главенствующие типы туризма (водный, лесной) совершенствуются здесь в полной мере, пользуясь огромной популярностью как у туристов, так и у местного населения в любое время года.  По мнению участников, препятствий как таковых для развития туризма в регионе не наблюдается, либо наблюдается, но крайне незначительно. Такой позиции придерживаются и местные жители, и туристы. Во все времена туристская деятельность на территории Карельского перешейка играет ключевую роль, и этому ничего не препятствует.  Затрагивая тематику взаимодействия в коммуникативном пространстве дестинации главных действующих лиц, стоит подчеркнуть, что практически каждый респондент отмечает положительное отношение туристов к местным жителям, и наоборот. Правда, некоторые придерживаются нейтральной позиции, анализируя данный вопрос, поскольку таким респондентам либо не доводилось общаться с местным населением/туристами, либо они попросту индифферентны (а иногда и равнодушны) к рассматриваемой в исследовании проблематике. Таким образом, глобальных претензий друг к другу со стороны каждого опрашиваемого актора не наблюдается, ситуация вполне спокойная и умиротворенная. На мой взгляд, это можно объяснить тем, что сама проблематика слабо афишируется не только в медиа, но и в обычном социуме. Рассматриваемый вопрос незаслуженно и несправедливо остается в стороне, хотя конфликт среди туристов и местных жителей присутствует везде, просто он не освещен и не изучен в полной мере. Тем не менее, говоря о взаимодействии акторов на территории Карельского перешейка, анализируя ответы каждого респондента, может сделать промежуточный вывод о том, что конфликт как таковой уходит здесь на второй план. И туристы, и местные жители остаются при своем, всем удовлетворены и практически ни на что не жалуются.  В некоторых населенных пунктах территории Карельского перешейка местный житель при виде туриста фокусируется, прежде всего, на его поведении, позиции в обществе, приблизительном доходе. Местный житель крайне скептически относится к богатому туристу, поскольку считает, что тот, зачастую, не способен проявить должного уважения по отношению к местному населению. Его главное достоинство – его банковская карта, и только. Туриста же со средним достатком местный житель воспринимает лояльно, без лишних нареканий, стараясь, порой, даже угодить ему во всем с целью дальнейшего взаимодействия.  Ассоциации, возникающие у туриста, при виде местного жителя, как мне кажется, стереотипизированны. Если местный, значит провинциал, а значит его мышление не дотягивает до умственных способностей городского жителя, коими является большинство опрашиваемых туристов. Подобное отношение к «здешнему» считаю неуважительным, поскольку, опираясь на вполне структурированные ответы местного населения во время проведения интервью, стоит заверить, что некоторые респонденты продемонстрировали блестящие знания в постановке проблемы и рассуждали на уровне образованного городского жителя, доказывая мне, как интервьюеру, что грамотная речь превалирует не только в урбанизированных сообществах.  Отвечая на вопрос о том, сталкивались ли респонденты с недобросовестным поведением туристов/местных жителей, многие, опять же, подчеркивают факт того, что конфликтов между действующими лицами на территории региона, в принципе, не существует. На самом деле, они есть, просто, возможно, их немного, и они имплицитны от общества. Тем не менее, если кто и отмечает наличие конфликтов, то это местные жители (правда, далеко не все). Такие респонденты сталкивались с недопониманиями, пусть и не столь много существует подобных примеров. Конфликты были улажены разными способами, но все, как правило, ограничивалось разумом, а не эмоциями.  Когда турист осуществляет досуговую деятельность, его привлекает множество аспектов, приуроченных местному населению. Гостеприимство, доброжелательность, великодушие, благоразумие – эти и подобные качества местного жителя всегда приветствуются туристом. Отталкивает же туриста то, что местное население, порой, бывает чрезмерно чувствительно к «шумному» поведению туриста, а также и то, что многие местные жители вовсе не воспринимают туристов всерьез, не приемлят, когда в принципе кто-то посещает их родное пространство и не всегда понимают, что турист – основной источник дохода, если населенный пункт, где они проживают, по-настоящему туристически привлекателен.  Местных жителей, разбирающихся в данном вопросе, более всего привлекает само наличие туристов ежегодно на территории дестинации не только по причине того, что это дополнительная прибыль, но и потому, что с туристом в любом случае можно найти общий язык и даже общие интересы. Отталкивает местного жителя, конечно, потенциально плохое поведение туриста (например, когда тот оставляет после себя мусор, грубит местному жителю в отсутствие заведомой на то причины, демонстрирует себя с максимально отрицательной стороны).  Многие респонденты также считают, что взаимодействие в коммуникативном пространстве местных жителей и туристов играет немаловажную роль в формировании туристической привлекательности рассматриваемого региона. Практически каждый респондент ставит этот аспект в один ряд с аспектом, подразумевающим развитие туризма, благодаря широкому разнообразию природных и культурно-исторических объектов Карельского перешейка. Это наталкивает на мысль о том, что респонденты действительно проявляют интерес к исследовательской проблематике, а разведывательная деятельность социолога как интегрального специалиста приносит свои плоды.  Практически каждый респондент полагает, что отношение местных жителей к туристам зависит от определенного региона туристской направленности. Оно не может быть идентичным вне зависимости от дестинации. Каждому региону присущи свои ценности, традиционные устои, своя культура. Местный житель Карельского перешейка воспримет туриста одним образом, а местный житель, например, Горного Алтая совершенно противоположным. Это абсолютно нормальная практика в нашей стране (и не только). Однако мне удалось столкнуться с теми, кто считает, что отношения между главными действующими лицами везде одинаковое. Такие респонденты как раз-таки объясняют это тем, что мы проживаем в одной стране. Одна страна – одни привилегии. Их позиция имеет право на существование, однако все же стоит согласиться с мнением большинства (процентное соотношение примерно 80 на 20), поскольку очевидно, что наиболее развитые туристские дестинации по своей сути различны, особенно если анализировать взаимоотношения акторов.  Примечательно, что местные жители имеют некое количество знакомых туристов, с которыми поддерживают коммуникацию по сей день. Эти люди играют для них важную роль, но не для всех. Кто-то огорчен тем, что обмен контактами осуществился, но частота общения не столь высока, как хотелось бы. Кто-то вовсе никогда не обменивался контактами с туристами, дабы просто не доводилось пересекаться с ними.  У туристов, в принципе, схожая ситуация. Некоторые знакомились с местными жителями, посещая тот или иной населенный пункт дестинации, но последующей коммуникации, как таковой, по-прежнему не наблюдается (хотя контакты имеются). Остальные же банально не беседовали с местными на какие-либо приватные темы, да и в принципе не пересекались, поэтому ни о какой коммуникации сегодня не может идти и речи. Дополнительный повод говорить о том, что конфликтных ситуаций на территории региона по минимуму.  Рассматривая сравнительную характеристику «турист – местный житель» как «отдыхающий – обслуживающий персонал», можно сделать вывод о том, что практически каждый респондент, вне зависимости от стороны, действительно считает это сопоставление не совсем справедливым по отношению к главным действующим лицам. Все информанты способны предложить наиболее корректный вариант сравнения. К примеру, турист далеко не всегда путешествует строго по назначению. Иногда досуг замещается разного рода трудовой деятельностью. Аналогично и с местным жителем: когда турист понимает, что местного можно использовать как прислугу, невольно возникает конфликт (кстати, еще одна причина). По мнению респондентов, все люди находятся в равных условиях. Неважно, турист это или представитель местного сообщества, территория Карельского перешейка или совершенно иная дестинация – мы все равны. В современных реалиях так уж точно.  Что касается отличительных особенностей уровня восприятия прекрасного (природных или культурно-исторических объектов перешейка), то здесь, конечно, наблюдается полное отсутствие корреляции. Местный житель с течением времени привыкает к любому объекту своего города/поселения, даже если этот объект имеет огромную значимость, даже на мировом уровне. Он попросту ни на чем не может акцентировать внимание, для него это формальность.  Турист, в свою очередь, старается уделить максимум времени каждому природному объекту, ему интересен каждый экспонат любого исторического объекта, его цель – культурное просвещение. Эстетическое начало объектов дестинации демонстрируется лишь туристу, особенно если он здесь впервые.  Если рассматривать туристскую дестинацию как способ заработка местных жителей, то, по мнению самих местных, существует огромная выгода в принятии большего числа туристов каждый год. По Карельскому перешейку спрос за последние несколько лет, на их взгляд, достаточно высок. Он ориентируется, в основном, на самые значимые типы туризма, поскольку, благодаря водному и лесному туризму, рассматриваемый регион получает больше прибыли, а туристический кластер, как следствие, развивается в ускоренном темпе.  Финансовые вложения туристов, безусловно, способствуют дальнейшему развитию той части территории Карельского перешейка, которая приурочена исключительно туристской направленности. Каждый респондент отмечает возведение местным сообществом современных объектов туризма, косметический ремонт имеющихся, рост инфраструктуры в контрастных областях туризма.  Беседуя с местными жителями, мной неоднократно были озвучены два типа туриста: финансово обеспеченный, но с презрением относящийся к здешним и турист, богатством которого являются его личностные качества – тот, кто проявляет добропорядочность по отношению к местному жителю. Все респонденты поголовно выбирали второй тип, аргументируя это тем, что в современном мире личностные характеристики индивида представляют гораздо большую ценность, нежели наличие финансов. «Деньги всегда можно заработать, а вот быть примерным туристом гораздо сложнее, если ты изначально представляешь из себя полную противоположность».  Позиции же туристов разделены в процентном соотношении 50 на 50. Кому-то абсолютно безразлично, что из себя представляет принимающая сторона. Главное, чтобы ты был принят и смог удовлетворить свои потребности туриста. Кто-то, наоборот, предпочитает встретить равнодушного праведника. Такие респонденты не преследуют цели остановиться где-либо, при этом приветствуют, на первый взгляд, скрытые положительные качества местного жителя.  Говоря о возможных корректировках в пользу благоприятных отношений местных и туристов, почти каждый респондент, будь то турист или местный, затрудняется дать ответ на сей вопрос, поскольку не видит глобальных конфликтов на территории региона (даже предпосылок к ним) либо просто с этим не сталкивался. Тем не менее, если рассуждать теоретически, то это, в первую очередь, изначальное недопущение конфликта как такового. Если же его не удалось избежать, то необходимо как можно скорее конвертировать его в дружественный диалог. Любая степень недопонимания может исчерпать себя, если, неважно, турист или местный житель проявит инициативу с целью создания приятной атмосферы в коммуникативном пространстве дестинации.  Наконец, опираясь на ответы каждого респондента, следует подвести итог: идеальный образ туриста для местного жителя и местного жителя для туриста – человек.  
В данном исследовании рассматривается тема взаимодействия местных жителей и туристов на территории Карельского перешейка. В ходе опроса были опрошены более ста человек, которые дали свои ответы на вопросы, касающиеся развития туризма в регионе, а также на тему отношений между местными жителями и туристами.