§1. Проект Федерального закона «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации о несостоятельности (банкротстве) в части регулирования вопросов применения процедур наблюдения и финансового оздоровления»
 С целью повышения эффективности финансового оздоровления Министерством экономического развития был разработан законопроект, который включал в себя в первую очередь ряд мероприятий, призванных добавить процедуре некоторых мер, позволяющих должнику преодолеть состояние неплатежеспособности.  Согласно указанному законопроекту, предполагалось включить следующие меры: реорганизация (в формах слияния или присоединения), реализация предприятия должника или части его имущества, замещение активов. Несложно заметить, что некоторые из перечисленных мер являются средствами преодоления неплатежеспособности, которые применяются при внешнем управлении должником. Остановимся подробнее на каждой из них. Замещение активов проводится путем создания на базе имущества должника одного открытого акционерного общества или нескольких открытых акционерных обществ. В случае создания одного открытого акционерного общества в его уставный капитал вносится имущество (в том числе имущественные права), входящее в состав предприятия и предназначенное для осуществления предпринимательской деятельности. Идеей в данном случае является передача части или полностью бизнеса, который может продолжать работу и приносить доход. По российскому законодательству данная мера может быть применена в ходе проведения внешнего управления в отношении должника. Отметим, что такие меры применяются в ходе реорганизации в ФРГ и США.  Под реорганизацией должника, как мы уже говорили, понимается его слияние или присоединение к одному или нескольким юридическим лицам также с целью передачи работающего бизнеса «здоровым» организациям для его дальнейшей деятельности.  Продажа всех или части активов должника, которые собственно и являются работающим бизнесом. Чаще всего такой продаже сопутствует перевод рабочего персонала, что позволяет снизить негативные социальные последствия банкротства организации в виде увольнения работников. Продажа всех или части активов должника также предусмотрены Законом о банкротстве в ст. 110 и ст. 111 в качестве мер, применяемых в ходе внешнего управления и конкурсного производства.  Перечисленные меры в научной литературе принято относить к реорганизационным. В отличие от восстановительных мер, которые подразумевают финансовую помощь должнику и уменьшение долгового бремени, реорганизационные меры являются более радикальным средством преодоления кризиса и связаны со структурными изменениями организации.  Как мы видим, законопроект предполагал дополнить процедуру именно реорганизационными мерами. В случае принятия законопроекта финансовое оздоровление позволяло бы оставить действующее руководство должником, пусть и с ограничениями, и при этом дать возможность органам управления вкупе с восстановительными мерами проводить и перечисленные выше реорганизационные мероприятия. Помимо описанного выше, законопроект предполагал внести в Закон о банкротстве различные положения касательно введения процедуры и ее сроков.  Относительно введения процедуры законопроект предлагал следующие изменения: вводить финансовое оздоровление, минуя процедуру наблюдения. Полагаем, что в данном случае такое изменение вместе с описанными выше реорганизационными мерами также могло сделать реализацию финансового оздоровления эффективнее и привлекательнее для кредиторов.  Сам смысл процедуры наблюдения сводится к сбору информации об имуществе должника, анализу его финансового состояния (для чего изучается налоговая и бухгалтерская отчетность, а также активы, которые имеет должник) и подготовке заключений о наличии сделок, подлежащих оспариванию и о наличии признаков преднамеренного и фиктивного банкротства.  Для введения финансового оздоровления, как мы помним, необходимо представить график погашения задолженности и план финансового оздоровления. Полагаем, что в случае изменения норм Закона о банкротстве в части возможности введения финансового оздоровления в качестве первой процедуры банкротства, должник либо административный управляющий могли бы самостоятельно представить в суд отчет о финансовом состоянии, указанный график погашения задолженности и план финансового оздоровления. Полагаем, что добросовестный должник, который стремится к скорейшему проведению реабилитационных процедур, будет заинтересован в предоставлении наиболее актуальных и достоверных сведений о собственном финансовом положении и тех источниках, из которых должником планируется получение средств на покрытие недостаточности капитала.  Указанные же нами документы, которые готовятся в наблюдении: анализ финансового состояния должника, заключение о наличии сделок, подлежащих оспариванию и заключение о наличии признаков преднамеренного и фиктивного банкротства – могут быть подготовлены административным управляющим на начальном этапе процедуры. Т.к. составление анализа финансового состояния должника регулируется  Правилами проведения арбитражным управляющим финансового анализа (далее – Правила), то мы не видим никаких правовых сложностей или проблем в том, чтобы распространить их действие и на должника, который ходатайствует о введении процедуры. Тем самым основная задача процедуры наблюдения в виде проведения анализа финансового состояния должника может быть выполнена самим должником при возможности проверки такого анализа административным управляющим.  Автор по собственному опыту может сказать, что указанные выше Правила достаточно просты, анализ финансового состояния производится на основании четырех экономических коэффициентов, которые рассчитываются на основании бухгалтерской отчетности должника. Более того, арбитражные управляющие пользуются компьютерными программами для проведения указанного анализа.  Помимо прочего, необходимо учитывать тот факт, что указанные Правила разработаны в 2003 году, когда у организаций еще имелась обязанность подавать в налоговые органы квартальную отчетность по бухгалтерскому балансу организации. Согласно Правилам, финансовый анализ осуществляется именно на основании квартальных бухгалтерских балансов с прилагаемыми к нему формами отчетности о движении средств и т.д. На настоящий момент, организации освобождены от обязанности подавать квартальный бухгалтерский баланс в налоговый орган, в связи с чем временный управляющий такой баланс может получить только от самого должника либо выполнить его самостоятельно, но на основе тех же документов, которые получены от должника. Исходя из этого, можно сделать вывод, что наиболее актуальный и достоверный финансовый анализ может сделать только сам должник, а временный управляющий в этом случае будет производить его точно по тем же Правилам и на основании точно таких же квартальных бухгалтерских балансов. Одним из центральных вопросов, решаемых финансовым анализом должника, является вопрос о наличии и достаточности средств для финансирования дальнейших процедур банкротства. В этой части точно также можно положиться на результаты, представленные должником вместе с ходатайством о введении финансового оздоровления. Очевидно, что в ситуации, когда сам должник просит ввести процедуру с целью преодоления состояния неплатежеспособности, то он имеет средства на покрытие расходов по оплате издержек процедуры банкротства.   В связи с вышеописанным, полагаем, что необходимость введения наблюдения как минимум для проведения финансового анализа совершенно точно не имеет смысла. Относительно указанных выше заключений о наличии сделок, подлежащих оспариванию, и о наличии признаков преднамеренного и фиктивного банкротства можно совершенно точно сказать, что и без указанных документов возможно ввести процедуру финансового оздоровления и начать реализацию мероприятий по восстановлению платежеспособности должника.  Заключение о наличии сделок, подлежащих оспариванию, представляет собой документ, в котором временный управляющий проводит анализ сделок и юридически значимых действий должника в трехлетний период, предшествующий принятию судом заявления о признании должника банкротом. Предметом служат те сделки и действия, которые в терминологии Закона о банкротстве называются подозрительными (по смыслу Главы III.1), а также сделок, которые могут быть оспорены по общим нормам Гражданского кодекса РФ о недействительности сделок.  Между тем, ст. 61.9 Закона о банкротстве прямо указывает: «Заявление об оспаривании сделки должника может быть подано в арбитражный суд внешним управляющим или конкурсным управляющим от имени должника по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов». Здесь указанное положение Закона о банкротстве дополняет п. 32 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 N 63 (ред. от 30.07.2013) «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)»: «Если утвержденное внешним или конкурсным управляющим лицо узнало о наличии оснований для оспаривания сделки до момента его утверждения при введении соответствующей процедуры (например, поскольку оно узнало о них по причине осуществления полномочий временного управляющего в процедуре наблюдения), то исковая давность начинает течь со дня его утверждения». Таким образом и в данном случае указанное заключение может быть сформировано административным управляющим в ходе финансового оздоровления без каких-либо негативных последствий.  Касательно заключения о наличии признаков преднамеренного и фиктивного банкротства также можно сказать, что оно никак не повлияет на возможность проведения финансового оздоровления должника.  Указанное заключение также составляется по Временным правилам, утвержденным Правительством РФ, и представляет собой документ, в котором временный управляющий на основании выводов, полученных по результатам финансового анализа и заключения о наличии сделок, подлежащих оспариванию, устанавливает признаки преднамеренного или фиктивного банкротства. В случае выявления таких признаков у управляющего появляется обязанность обратиться в соответствующие органы (Росреестр или МВД) с заявлением о возбуждении административного/уголовного дела и привлечения к ответственности виновных лиц.  Следовательно, и это заключение не влияет на возможность введения финансового оздоровления. В том случае, если арбитражный суд установит признаки неплатежеспособности, он удовлетворяет ходатайство о введении в отношении должника процедуры банкротства.  Напомним, что должник вправе подать в арбитражный суд заявление в случае предвидения банкротства при наличии обстоятельств, очевидно свидетельствующих о том, что он не в состоянии будет исполнить денежные обязательства, требования о выплате выходных пособий и (или) об оплате труда лиц, работающих или работавших по трудовому договору, и (или) обязанность по уплате обязательных платежей в установленный срок. Таким образом, даже при наличии признаков относительной неплатежеспособности, должник вправе обратиться в суд и последний не должен прекращать производство по делу лишь на том основании, что позднее могут быть выявлены признаки фиктивного банкротства на дату обращения в суд. Вместе с тем, при установлении наличия признаков фиктивного банкротства, суд вправе прекратить производство по делу на любой стадии при условии, что должник продолжает к этому моменту оставаться платежеспособным и это соответствует интересам кредитора. Также можно с большой долей вероятности предположить, что при фиктивном банкротстве КДЛ будут стремиться ввести не реабилитационную, а ликвидационную процедуру с целью скорейшего прекращения деятельности должника и, тем самым, сокрытия следов действий, направленных на наступление банкротства.  Для сравнения мы бы хотели обратиться к опыту соседних с нами стран, правовая система которых наиболее схожа: к законодательству Республики Казахстан. Здесь в 2014 году был принят закон, по которому возможно применение упрощенной реабилитационной процедуры.  Интересно то, что процедура может быть введена в отношении относительно платежеспособного должника, «…но есть высокая вероятность, что он будет не способен исполнить денежные обязательства при наступлении срока их исполнения в ближайшие12 месяцев». Возвращаясь к возможности введения финансового оздоровления без процедуры наблюдения, мы полагаем, что введение финансового оздоровления в качестве первой процедуры по делу о банкротстве должника возможно без каких-либо трудностей и не повлечет негативных последствий для кредиторов или должника. Помимо прочего, введение финансового оздоровления без наблюдения позволит снизить расходы на процедуру банкротства для должника, а главное даст возможность наиболее оперативно приступить к реабилитационным мероприятиям. Очевидно, что чем быстрее приступить к ним, тем эффективнее будет процедура. Примером может служить зарубежный опыт, где существенная часть перечисленных нами выше реорганизационных мероприятий используются в самом начале процедуры банкротства.   Не вызывает сомнений, что чем дольше находится должник в процедуре банкротства, тем больше дешевеет рабочая часть бизнеса такого должника. С течением времени кредиторская задолженность увеличивается, хозяйственные связи нарушаются, деловая репутация должника ухудшается. Все это ведет к тому, что последующее замещение активов или продажа части бизнеса должника не дадут должного результата и требования кредиторов будут удовлетворены в значительно меньшей степени, чем могли бы быть, если бы реорганизационные мероприятия начались как можно скорее.  Также рассматриваемый нами законопроект предполагал увеличить срок финансового оздоровления. На данный момент процедура может быть введена на срок до двух лет; в доктрине по-разному оценивается этот срок: есть мнение, что такой срок является слишком малым для процедуры, особенно в ситуации проведения крупных реабилитационных мероприятий. Однако некоторые авторы считают, что двух лет для процедуры более чем достаточно, в противном случае необходимо ставить вопрос о целесообразности введения реабилитационной процедуры.  Нам кажется, что в случае введения процедуры в отношении крупного предприятия предельный срок в два года может оказаться недостаточным, т.к. масштаб восстановительных и реорганизационных мер может потребовать больших сроков для достижения положительного экономического эффекта. В связи с этим нельзя не поддержать положения законопроекта об увеличении предельного срока введения процедуры финансового оздоровления до восьми лет. Здесь также нельзя не сослаться на опыт других стран, в которых такой срок составляет от пяти до десяти лет. На наш взгляд, в Законе о банкротстве можно было бы ранжировать предельный срок введения процедуры в зависимости от величины организации. Критерием оценки в данном случае могли бы стать положения российского законодательства о присвоении организации статуса субъекта малого и среднего предпринимательства.Указанные положения позволяют разделить всех субъектов предпринимательства на малых, средних и крупных.  Впрочем, полагаем, что универсального ответа по вопросу предельного срока нет и каждый раз необходимо ситуативно подходить к вопросу о сроке введения финансового оздоровления исходя из графика погашения задолженности. Описанные меры, безусловно, могли бы повысить привлекательность процедуры для должника и кредиторов, т.к. позволили ли бы принимать более радикальные и оперативные меры по преодолению состояния неплатежеспособности должника, а также снизить издержки на процедуру реабилитации. Такие мероприятия сделали бы процедуру более доступной и менее обременительной для предпринимателей.  Сведения об указанном законопроекте размещены еще в 2015 году, т.е. более шести лет назад, однако он до сих пор не принят. Более того, с 2015 года по данному законопроекту никаких движений не происходит – он так и замер на этапе подготовки заключения о регулирующем воздействии.  Можно констатировать, что российское законодательство о банкротстве с принятием исследуемых нами изменений имело бы очень хороший шанс «реанимировать» реабилитационную процедуру и заставить ее работать, однако этого не произошло. 
В 2015 году Министерством экономического развития был разработан законопроект, который предлагал дополнить процедуру банкротства должника, в том числе и финансового оздоровления, реорганизационными мерами. В частности, законопроект предполагал ввести в Закон о банкротстве следующие изменения: вводить финансовое оздоровление, минуя процедуру наблюдения; вводить финансовое оздоровление в качестве первой процедуры банкротства; увеличивать предельный срок введения финансового оздоровления до восьми лет.