1.1. Социально - экономические подходы к анализу процесса финансиализации домохозяйств.
В нынешних условиях быстрой цифровизации финансовая индустрия быстро меняется. После десятилетий банковского финансирования мы сталкиваемся с новыми средствами сбережения, которые предлагают более прямое сопоставление кредиторов и заемщиков. Это означает, что существует больше возможностей выбора как для домашних хозяйств, стремящихся застраховать себя от непредвиденных обстоятельств жизни, так и для фирм, ищущих способы финансирования производства товаров и услуг [39, с. 50]. В этом параграфе пойдет речь о финансиализации домохозяйств, будут рассмотрены домохозяйства других стран, помимо России, их существование в мировом капитализме.  Подход включает в себя исследования финансиализации, которые касаются роста гражданина как инвестора. Что отличает эти исследования от тех, которые исследуют финансиализацию на макроуровне, так это культурный взгляд на финансиализацию, особенно в отношении проникновения финансов в сферы повседневной жизни. По мнению ученых, работающих в рамках этого направления, переход финансов в повседневную жизнь стал возможен благодаря демократизации финансов, в результате чего финансовые продукты и услуги стали доступны для значительной части населения, а не просто прерогатива элитного класса. В основе этого анализа лежит предположение о том, что финансиализация подразумевает создание финансового капитализма с помощью конкретных нарративов и дискурсов, которые подчеркивают индивидуальную ответственность наряду с принятием рисков и расчетливой оценкой в финансовом управлении. Эта совокупность научных работ представляет собой не только материальные результаты финансиализации для широких слоев населения, но и ее влияние на субъективное понимание своей роли в политической экономии. Ученые повседневности отказались от исключительного внимания глобального в пользу подхода, который ценит различные способы, с помощью которых финансы основаны на практике повседневной жизни. Эти исследования задали вопрос о том, что "народные финансы" направлены на включение домохозяйств с низким уровнем дохода и среднего класса в финансовые рынки: пенсионные планы, финансируемые капиталом, потребительские кредиты, ипотечные кредиты на жилье и другие финансовые продукты. Одновременно с финансиализацией повседневности происходит сдвиг в сторону финансовых рынков для обеспечения основных потребностей людей. Кроме того, финансиализации повседневной жизни способствовали дискурсы принятия риска, самоуправления и самореализации. Отходя от безопасности, обеспечиваемой послевоенными программами социального обеспечения, люди сегодня сталкиваются с миром риска, в котором они сами несут ответственность за то, чтобы справляться с неопределенностью жизни. Этот риск связан не только с гибкостью работы и отступлением государства всеобщего благосостояния, но и с волатильностью финансовых рынков, на которые люди полагаются в своих потребностях. Однако, при финансовом капитализме риска или возможности того, что что-то может произойти, не следует бояться, а следует принимать: финансовая теория диктует, что только через принятие риска индивид может достичь такого типа инвестиционной отдачи, который необходим для поддержания себя. Таким образом, риск сам по себе становится мотивирующей силой для выхода на финансовые рынки для защиты от возможной безработицы, плохого состояния здоровья или выхода на пенсию. Активно управляя рисками, инвестирующий индивид может адекватно подготовиться к будущему, которое никогда не бывает безопасным и всегда изобилует неопределенностью. В результате сама жизнь становится активом, которым нужно управлять [45, p. 99-129]. Говоря о финансиализации в других странах, стоит упомянуть, когда данная тема получила свое развитие и к чему двигалась до сегодняшнего дня. Каково место домашнего хозяйства в капитализме? Два поколения назад ученые-феминистки опровергли экономические представления, которые центрировали капитализм на личности, продемонстрировав, что промышленный капитализм опирается на домашнее хозяйство для воспроизводства. Но как насчет сегодняшнего капитализма? Рост финансов подчинил производство финансовым прибылям и спровоцировал государства и корпорации отказаться от своих обязанностей по отношению к своим гражданам и рабочим. Несмотря на то, что финансы поднимают индивидуальную ответственность на новые высоты, финансовый капитализм остается глубоко зависимым от домашних хозяйств, даже если он скрывает их значение. Чтобы более полно понять финансовый капитализм, нам необходимо оценить форму домохозяйства, проявляющуюся в финансовых процессах, и изучить выгоды, которые оно приносит как правительству, так и промышленности. Ученые утверждают, что рост финансов стал серьезным сдвигом в капитализме и его самой основной социальной единицей. Социологи показали, что промышленность и правительство вместе благоприятствовали финансам и подпитывали их рост, создавая и поощряя распространение новых видов финансовых продуктов, таких как инвестированные фонды, пенсионные счета с государственными льготами и другие.  Рассмотрим механику действий на примере студентов из США. Возьмем финансирование студентов. В Соединенных Штатах кредиты на высшее образование в настоящее время превысили отметку в 1 триллион долларов. Мы называем основную часть финансирования высшего образования “студенческим долгом”, название, которое привлекает внимание к выпускникам, формально ответственным за погашение кредитов. Какова же тогда модель финансового домохозяйства? Разбирая детали Бесплатного приложения для Федеральной помощи студентам (FAFSA - Free Application for Federal Student Aid), можно разоблачить его форму, которая противоречит современной жизни семей среднего класса. Каждый год десятки миллионов молодых людей и их родителей будут подавать заявление; это ворота для получения федеральной и государственной финансовой помощи. FAFSA мобилизует эту версию домохозяйства для сбора данных о доходах и активах, создавая показатель “силы домохозяйства".” Доступ к помощи зависит от финансовой истории родителей и обязательств, признанных в форме домашнего хозяйства [51, p. 239-251]. Таким образом можно сделать вывод, что федеральные правительства и правительства штатов вместе с финансовыми фирмами подчеркивают важность финансового планирования в качестве средства защиты семей, сталкивающихся с этой эскалацией. Государственные программы сначала определяют достижение высшего образования как проблему финансирования домашних хозяйств, предлагая варианты сбережений и инвестиций как способ сделать возможным оплату обучения в колледже. Эти программы требуют, чтобы начинающие студенты колледжа и их родители задавали вопрос: “Как мы будем платить?” и направляли их к ответам с помощью политики, которая поощряет и поддерживает финансовое планирование. Государственные программы и инвестиционные компании транслируют финансовое планирование как необходимую деятельность добродетельных семей [там же].  Для сравнения и полного раскрытия картины обратимся к Жужжанне Варне, которая представила объяснение финансилизации в повседневной жизни в Венгрии. Более плодотворный вопрос заключается в том, как именно финансовые продукты включаются в повседневную жизнь людей. Посредством каких процессов это включение опирается на существующие социально и культурно связанные субъективности или переписывает их, и что является новым во всем этом? Эти вопросы редко задаются, потому что большинство сторонников аргументации не основывают ее на наблюдениях за повседневной жизнью, а только выводят ее из анализа средств массовой информации, банков и политиков или из количественных данных об инвестиционных решениях потребителей.  Процессы, посредством которых эти изменения могут повлиять на повседневную жизнь были в некоторой степени рассмотрены учеными, применяющими теории государственного управления к финансовым рынкам. Основной аргумент исследователей заключается в том, что неолиберальная политика и связанная с ней банковская деятельность обращаются к людям как к рациональным и ответственным субъектам, которые, как ожидается, возьмут под контроль свои финансовые дела и возьмут на себя индивидуальную ответственность за свое собственное благополучие. Соответствие этим ожиданиям происходит не путем прямого наказания, а с помощью методов (надзора и учета), таких как кредитный скоринг (система оценки кредитоспособности физического лица), которые побуждают потребителей усвоить логику руководства этими рыночными инструментами и стать самоуправляемыми. Финансовая логика входит в повседневную культуру через правила, финансовые инструменты и технологические устройства, которые заставляют людей соответствовать на практическом уровне, позволяя (или даже требуя) и запрещая определенные действия. Ученые, изучающие перформативность, рассказывают аналогичную историю, предполагая, что экономическое знание не просто описывает, как работает экономика, но оно порождает экономические явления и поведение, которые оно якобы описывает. Политики и банки, разрабатывая политику и финансовые инструменты, основанные на моделях homo economicus (рационального, максимизирующего прибыль агента экономики), способствуют появлению субъектов, которые ведут себя в соответствии с этой моделью. Темы здесь не возникают автоматически из сценария продукта: как показали социальные исследования финансов, перформативность моделей тесно связана с успешной адаптацией к пользователям. Создание homo economicus в значительной степени изучалось в условиях "высоких финансов", однако эта теория может быть легко применена и к обычным заемщикам. Спорно говорить, что исследователи перформативности и правительственности не утверждают, что дискурсы и соответствующие устройства оказывают детерминированное влияние на повседневную жизнь. Автор статьи отмечает то, что финансы предлагают людям делать, а не то, что они на самом деле делают в своей повседневной жизни. Однако без неявного понимания того, что дискурсы и продукты с логикой действительно существенно влияют на повседневную жизнь, эти аргументы, безусловно, были бы менее убедительными [46, p. 733-759]. 
В статье рассматривается тема финансиализации домохозяйств в России и других странах, а также ее влияние на повседневную жизнь. Автор подчеркивает, что в России этот процесс начался в 1990-е годы, когда были введены в обращение банковские вклады, а также появились новые финансовые продукты, такие как потребительские кредиты и ипотечные кредиты. В то время как в США и других странах процесс финансиализации начался раньше, он был связан с неолиберальной политикой и банковскими технологиями.