1.3.
 На современном этапе Китай – это, безусловно, важный актор на международной арене. Однако до сих пор в КНР нет определённого метода по ведению внешней политики: с одной стороны, оказывается военное давление на соседние государства по спорным территориям, например, в Южно-Китайском море, с другой стороны, предпринимаются попытки по реализации концепции «мягкой силы». Становление китайских средств массовой информации прошло долгий и трудный путь. Прежде всего, стоит отметить, что начало китайской журналистики можно датировать девятнадцатым веком. Все периодические издания были основаны иностранцами. С течением времени также появились китайские газеты китайского производства, а именно «Чжувай синьбао» («Внутренние и внешние новости Китая»). В 1864 году, в Гонконге стала издаваться газета «Хуацзы жибао» («Китайская буква»). Уже в 1950-х годах китайское правительство с помощью СМИ обращалось к китайцам, жившим за рубежом, с просьбой о поддержке новой революции. В ходе культурной революции, в период с 1966 года по 1976 год, правительство также обращалось к китайцам, проживающим за границей, а также к западному обществу с тем призывом, чтобы все гости страны помогли ей модернизироваться. Со времени основания Китайской Народной Республики в 1949 году китайские СМИ воспринимались как «горло и язык» Коммунистической партии Китая. Все медиа организации находились под руководством Центрального Отдел пропаганды КПК. С течением времени прямой государственный контроль над средствами массовой информации был постепенно ослаблен из-за осуществления программы экономических реформ («реформа и открытие»), которая началась в 1979 году. Это, безусловно, положительно сказалось на деятельности некоторых изданий. Благодаря введению коммерческой рекламы, многие СМИ стали процветать. Государственная политика в области СМИ тоже сместилась с «прямого» на «косвенный» контроль. Когда началось ослабление государственного контроля, средства массовой информации приобрели определённую самостоятельность, но в то же время власти стали ещё более бдительными в отношении отчётности. Тем не менее, СМИ пользовались значительно большей свободой, чем до реформ в конце 1970-х годов. Некоторые авторы считают, что до реформ и открытия Китая в 1978 году, в Поднебесной не было журналистики, была лишь пропаганда. В дальнейшем появились некоторые послабления в контроле, но, конечно, он не исчез совсем. Следует отметить, что есть перечень основных тем, которые ни в коем случае не затрагиваются китайскими СМИ, - сепаратистские движения Тибета, уйгуров, политические реформы и демократия, забастовки рабочих и другие.   Нередко 1989 год называют одним из трёх переломных моментов в современной публичной дипломатии Китая. Хотя изначально китайские лидеры не были заинтересованы в продвижении определённого имиджа, вскоре они осознали необходимость вырваться из изоляции и воспользовались услугами американской PR компании Hill&Knowlton. Однако успехи были достаточно скромные. Согласно данным некоторых исследований, более негативное отношение к Китаю сформировано у пожилого населения Америки, это связывают с влиянием воспоминаний об инциденте на площади Тяньаньмэнь в 1989 году.  Безусловно, события, произошедшие в 1989 году, сильно изменили представление мира о политике Китая. Статус КНР как цивилизованного государства упал в глазах общественности до достаточного низкого уровня, которого не наблюдали китайские власти в течение десятилетий. Тайваньский кризис также усугубил негативное впечатление о Китае, неслучайно в этот период на Западе появилась «школа китайской угрозы», подразумевающая, что КНР может стать серьёзной угрозой всему миру. Подобная ситуация сильно влияла как на политиков, так и на граждан. По оценкам китайских аналитиков, около 90 % информации, выпускаемой о Китае в США, имело негативную оценку политики КНР. В период с 1990 года по 2011 год количество работ, посвящённые теме публичной дипломатии Китая, увеличилось с 6 до 2925  Некоторые аналитики считают, что именно после этих событий партия вспомнила об используемых раннее способах улучшения международной ситуации, а именно о привлечении иностранных журналистов, склонных поддерживать линию партии, к продвижению китайских идеалов и воззрений.  Одним из примеров применения подобной тактики можно назвать деятельность китайского журналиста Хуан Ёоуи. Ему удавалось посредством взаимодействия с американскими корпорациями публиковать материалы, способствующие улучшению образа КНР в глазах жителей США.  Вышедшая в скором времени книга «Китай может сказать нет» приобрела особую популярность в мире. Авторы критиковали новое поколение китайцев, утративших связь с исторической родиной, перенявших западные ценности; США обвиняли в намеренном искажении информации о Китае. Понятно, что для китайского руководства подобное международное положение было неблагоприятным, поэтому были предприняты меры по развитию экономики, по улучшению качества жизни населения, по налаживанию партнёрских отношений с соседними странами. С началом 21 века экономические успехи Китая, разработка концепции «мирного возвышения», а впоследствии «мирного развития и гармоничного мира» повлияли на восприятие миром КНР. Поднебесная стала активно заниматься развитием публичной дипломатии. В 2005 году Ху Цзиньтао на юбилейном саммите Генеральной Ассамблеи Организации Объединённых Наций призывал к построению гармоничного мира и к совместному процветанию. Эти же идеи были вновь озвучены на XVII съезде КПК в 2007 году. Таким образом, основными постулатами новой публичной дипломатии Китая были следующие положения: 1) Китай уважает культуру других народов и сохраняет национальную идентичность; 2) Китай – это миролюбивое государства, внешнеполитическая деятельность должна обеспечивать условия для роста благосостояния народа; 3) Китай приемлет любое сотрудничество, если оно основано на взаимном признании различий, на равноправии. Помимо этого, беспорядки в Тибете в марте 2008 года выявили политику властей по ограничению доступа к иностранным СМИ тибетского населения, а также по блокированию информации касательно самого восстания. Из-за этого иностранным издательствам было необходимо опираться на фрагментарную информацию, что впоследствии создало недоверие и породило критику по отношению к КНР. Эту ситуацию Пекин, конечно, пытается исправить. В Синьцзянском районе Китая в июле 2009 года правительство создало пресс-центр и предоставило доступ иностранным корреспондентам, таким образом, появилась готовность сотрудничать с международными СМИ. Интенсивная интеграция Китая в глобальную торговлю также показала необходимость в донесении официальной позиции мировой общественности.   Очевидно, что многочисленные конфликты также усугубляют положение Китая в регионе, поэтому вполне логичным кажется плановый переход власти к изменению старых подходов и к принятию нового политического курса «добрососедской дипломатии». «Внешняя политика большого государства» («Даго Вайцзяо») предполагает увеличение контактов в многостороннем формате, увеличение роли СМИ в информационном пространстве, обеспечение образовательных и культурных обменов. Выступая на 70-й сессии ГА ООН, Си Цзиньпинь отметил: «В современном мире все страны взаимозависимы, у них общее будущее. Мы должны… создать международные отношения нового типа, ядром которых будет сотрудничество и взаимный выигрыш, построить сообщество единой судьбы, и нам еще предстоит немало потрудиться».  Обращаясь к юридической подоплёке анализируемого вопроса, следует отметить следующее: если ориентироваться на законы Китайской Народной Республики, то в первую очередь стоит прибегнуть к 35 статье Конституции КНР. Эта статья гарантирует свободу слова, однако политические и гражданские права населения подчинены интересам государства.  Необходимо отметить, что на данный момент все китайские СМИ нельзя подвергать иностранному инвестированию и, конечно, осуществляется государственный контроль над всеми публикациями.  На современном этапе основной целью публичной дипломатии Китая является содействие «великому возрождению нации», а именно созданию наиболее благоприятной международной обстановки для своего развития. За последние два десятилетия КПК перешла от тотального контроля к тактике «драгирования и блокировки», которая, определённо, имеет свои преимущества. Сейчас этот метод совмещает в себе формирование общественного мнения желаемым образом и блокировки новостей. Это влияет на доверие партии. Посредством подобной тактики власти способны формировать общественное мнение таким образом, что оно становится благоприятствующим политике страны. . Из-за многолетней пропаганды на современном этапе китайцы в основном часто сами верят в правильность действий власти, а примеры несогласия с политикой КПК являются лишь исключениями. Согласно одному из исследований, проведённых среди китайских студентов, спрос на интернет без цензуры очень низок. Испытуемым был предоставлен доступ в мировой интернет, однако многие не воспользовались этой возможностью, социологи говорят о том, что причиной является убеждённость в том, что западные средства массовой информации не отличаются правдоподобностью. Конечно, на подобную тенденцию повлияли годы массовой пропаганды, а также внедрение механизмов, сдерживающих свободный доступ в интернет.  В медийной политике правительства Китая уровень надзора и контроля зависит от конкретной организации СМИ. Агентство Нового Китая, CCTV, и другие государственные организации средств массовой информации, и, конечно, партийные органы, такие как Народная газета, находятся под самым жёстким контролем. Контроль над рекламой в таких средствах массовой информации, как вечерние или местные газеты, которые не являются напрямую подчинёнными правительству, довольно слабый. Конечно, ни «Народная газета» и другие партийные органы, ни даже относительно прогрессивные газеты такие, как «Southern Metropolis Daily» в провинции Гуандун и «Пекинские новости» в Пекине не содержат статей, критикующих председателя партии. Китайские СМИ явно не имеют функций, аналогичных западным средства массовой информации. С другой стороны, популярная новостная программа CCTV «Фокус» («Jiaodian») часто демонстрирует несогласие с некоторыми действиями местных должностных лиц. Китайский медиа-исследователь, который когда-то работал с комментариями «People's Daily», отмечает: «Средства массовой информации в Китае не могут критиковать те области правительства, которые находятся на одном уровне со средой». Особую роль в обеспечении системы надзора над интернетом и СМИ играет Административное бюро по пропаганде в Интернете, созданное при Информационном агентстве Государственного совета, именно это бюро осуществляет пропаганду в Сети. С 2006 года работу также осуществляет специальное полицейское ведомство, осуществляющее аналогичный контроль над пользователями.  Важной характеристикой нынешнего положения СМИ в Китае является так называемая «дифференциация внутреннего и внешнего». Идея заключается в более жёстком контроле над СМИ, работающими для внутренней аудитории, а также в предоставлении больших возможностей для медиа, обеспечивающих информацией зарубежную аудиторию. Эта тенденция особенно впервые чётко проявилась перед началом олимпиады в Пекине. В январе 2007 года правительство изменило политику по отношению к иностранным журналистам: им было разрешено работать в Китае без специального разрешения от властей. После проведения олимпиады это правило решили оставить на неопределённое количество времени. Также была развёрнута широкая компания по пропаганде курса партии. Началось движение против CNN, утверждавшее, что данное новостное издание искажает китайскую реальность. Частью этой программы также была попытка сделать китайское центральное телевидение конкурентом CNN.   Мировые средства массовой информации охватывают пять основных тем, касающихся Китая: экономика, политика, международные отношения, национальная безопасность, права человека (8 %) и окружающая среда. при этом политика и экономика составляют 53 % от всех новостей Китая. При этом, в одном из исследований указывается, что каждая из тем затрагивает короткий конкретный список вопросов. Например, в контексте окружающей среды чаще говорится о загрязнении. Это объясняется тем фактом, что китайское правительство создаёт определённые препятствия для китайских, так и для иностранных журналистов, желающих осветить другие вопросы китайского общества. Для Тибета и Синьцзяня подбираются более жёсткие меры пресечения изъявления мыслей, что наглядно иллюстрирует факт избирательности в уровне контроля и надзора. Недавние протесты в Гонконге в очередной раз показали, что Пекин старается каким-либо образом исказить информацию, порочащую политику партии. Сообщается о покупке проплаченных твиттов, о перекладывании ответственности на иностранных подстрекателей (которые в итоге оказались журналистами). Дезинформация касательно участников протестов, откровенное преувеличение агрессивности протестующих, описания их бесчеловечных преступлений, - всё это методы влияния китайских СМИ. Китайское правительство даже сравнило освещение хода демонстраций как предпосылку к терроризму. Конечно, целью подобной пропаганды было навязывание в лице протестующих образа бандитской группировки, которая не поддерживается жителями и спровоцирована иностранными агентами, а также продвижение идеи о желании разделить Китай.  20 августа китайское министерство иностранных дел направило письма иностранным информационным агентствам с целью прекратить предвзятое освещение этих событий, с желанием поменять общественное мнение касательно ситуации в Гонконге. В этом же письме приводились сведения о том, что демонстрации спонсированы западными инвесторами, и немалую роль в этом сыграло ЦРУ. Несмотря на тотальный контроль над СМИ внутри страны, Китай не способен оказывать подобное влияние на мировые информационные агентства: ситуация в Гонконге получила большую огласку, к тому же ситуацию часто представляют именно со стороны, благоприятствующей демонстрантам, а на те же нарушения со стороны протестующих иногда закрываются глаза.   «China Digital Times» также сообщал о требовании со стороны властей об удалении любого видеоматериала, относящегося к протестам в Гонконге. Помимо этого, все публикующиеся фото и видео материалы удаляются из доступных социальных сетей практически мгновенно. Для многих события в Гонконге напоминают о протестах на площади Тяньаньмэнь, неспроста, ведь публикации, отсылающие к этому сходству, также удаляются.  Стоит отметить, что о протестах в Гонконге не знали даже выходцы из Китая, проживающие сейчас в других странах. Это объясняется тем, что китайские средства массовой информации не затрагивают сложные политические вопросы. Очевидно, что нынешние китайские СМИ до сих пор освещают крайне малое число новостей, связанных с наиболее острыми вопросами. Однако китайское медиа-пространство претерпело существенные изменения за последнее десятилетие: усиление роли неправительственных организаций, децентрализация, расширение пространства общественной жизни, - все это даёт надежду на ещё большие изменения в будущем. Эксперты выделяют ряд факторов, которые существенно повлияли на реформы в сфере средств массовой информации: общая обеспокоенность китайских лидеров образом страны, сформированным в глазах мирового сообщества; экономический подъем; членство Китая в различных мировых организациях; формирование и представление широкой общественности концепции долгосрочного развития и внешнеполитического курса.  Публичная дипломатия Китая, действительно, изменилась за последние десятилетия ввиду появления некоторых факторов. Однако все ещё существует ряд проблем, которые либо игнорируются, либо не разрешаются китайским правительством, что, в свою очередь, вызывает ответную негативную реакцию со стороны зарубежных средств массовой информации.
Китайские СМИ в последние годы стали более независимыми, однако их влияние на общественное мнение по-прежнему велико. В то же время, в Китае сохраняется жёсткий контроль над интернетом и СМИ, что, безусловно, затрудняет распространение информации о политике страны.