1.1.
История печати является неотъемлемой частью культурного развития. В эпоху до всеобщей цифровизации печать являлась главным способом передачи информации и идей. Никакие социально-культурные изменения не произошли бы без печати. Также с самого начала своего существования печать была включена в экономические процессы, которые обеспечивали рабочие места в различных отраслях.  История печати начинается не с Гутенберга, как принято считать, тем не менее, именно станок Гутенберга открыл для печати новые двери. Иоганн Генсфляйш цум Шутенберг начал эксперименты с печатью, находясь в политической ссылке в Страсбурге, в 1440 году, в одно время с другими энтузиастами из Авиньона, Брюгге и Болоньи, которые жаждали первыми изобрести метод создания «искусственного письма» [19, C 12]. К сожалению, несмотря на значимость и величие его изобретения, жизнь и профессиональная деятельность Гутенберга мало задокументированы. В 1455 кредитор и партнер Гутенберга лишил его прав на плоды его трудов, и теперь лишь об одном его труде можно с уверенностью говорить, что он вышел из собственной мастерской Гутенберга – 42-строчная библия, которая впервые поместилась всего лишь на 1286 страницах. Изобретение Гутенберга предвосхитило не просто потребность в массовом выпуске одинаковых копий того или иного печатного материала, но и необходимость в их доступности. Ведь до изобретения станка книги изготавливались ручным трудом, что увеличивало их стоимость и делало доступным только привилегированным слоям общества. Гутенберг использовал все предыдущие опыты изготовления книг и заменил их машиной. Ему также удалось добавить цвет в книги с помощью станка, ведь иллюстрации только способствовала популярности книгам.   Гутенберг также повлиял на состав потребителей книг. Сделав их более доступными, среди среднего класса стало появляться большое количество грамотных людей. Однако его изобретение не обрадовало прежних потребителей книг. Домашние библиотеки аристократии были полны искусных книг ручной работы, и их соседство с печатными книгами считалось «позорным» [19, C. 29]. Таким образом, основными потребителями первых печатных книг были люди с небольшим достатком, которые не могли позволить себе придираться к внешнему виду книг. И лишь годами позже, благодаря сотрудничеству печатников и переплетчиков, печатные книги стали входить в книжные собрания аристократии. Но именно массовость потребителей книг позволила книгопечатанию распространиться по всей Европе. Так печатники стали появляться в крупных центрах: Кельне, Базеле, Риме, Венеции, Париже, Милане, Неаполе, Флоренции, Лионе, Будапеште и других городах.  Благодаря возможности массового производства книг начало расти количество грамотных людей, что увеличивало спрос на книги и впоследствии привело к тому, что станок Гутенберга больше не мог удовлетворять растущие потребности общества. Тем не менее, несмотря на последующие технические улучшения станка, он просуществовал почти три столетия без коренных улучшений.  Первым делом печатники начали развивать отношения с торговцами, ведь первоначальной поддержки со стороны церквей, монастырей, школ и прочих частных покровителей стало недостаточно. Интеллектуальный импульс и экономическая мощь перешли к мирянам [19, C. 31]. Поскольку первоначально книги печатались в основном на латинском языке, книгораспространение участвовало и в международной торговле.  Например, первой книгой на немецком языке была Библия, напечатанная Иоганном Ментелином, которая, к слову, была короче Библии Гутенберга. Это была первая книга, напечатанная на «живом языке» и вплоть до библии Лютера оставалась стандартом для всех немецких Библий. Позже в Германии стали появляться печатники, специализирующиеся на издании иностранной литературы. Стоит отметить, что огромным толчком к развитию и распространению книгопечатания послужила церковная реформация, которая сопровождалась выходом соответствующей религиозной литературы. К концу XV века выросло уже новое поколение читателей, которое больше не интересовали трактаты по теологии и сборники античных авторов. Те слои населения, которые получили образования в гуманитарной сфере или только получали его, прониклись вкусами и идеями гуманистов, на фоне чего появилась потребность в литературе иного плана, которую можно взять с собой на прогулку и в путешествие или с которой можно просто расслабиться. И, естественно, эти издания должны были быть недорогими. Так в Риме, Альд Мануций стал первым типографом, который начал выпускать карманные издания, выходившие по тысяче экземпляров, а не 200-500, как тогда было принято.  Уильям Кекстон стал не только первым английским печатником, но и первым английским книгораспространителем, до него в Англии этим занимались только немцы и голландцы. Он заслуживает внимания и по другой причине – в его изданиях впервые появилась реклама. Реклама представляла собой листовку, адресованную «любому лицу, которого может заинтересовать приобретение календаря праздников». Кекстон также остался в истории печати, так как больше половины выпущенных им книг были на английском языке и соответствовали вкусам его эпохи, что указывает на его невероятную деловую хватку.  Эффект, которое произвело на Европу книгопечатание, разделил ее на два полюса. С одной стороны, открылись границы для распространения мыслей философов, научных плодов ученых, поэзии, так как производство и распространение книг стало более доступным. С другой стороны, распространение книгопечатания на национальных языках вместо общего – латинского, создало еще больший барьер для обмена знаниями. Тем не менее, именно это дает нам возможность узнать о вкусах среднего класса, который не владел латинским языком и до недавнего времени не имел возможности покупать книги. Например, «бестселлерами» в середине XV века в Германии были сочинение моралистов, за ними следует Библия на немецком. Заслуживает упоминания, что многие европейские языки сохранились лишь благодаря распространению в этих регионах книгопечатания – например, ирландский, баскский языки. Без книгопечатания исчезли бы и языки балканских стран (литовский, латвийский, эстонский) из-за сильного влияния со стороны Германии. Можно говорить о том, что именно изобретение Гутенберга, подтолкнувшее печатников к массовому распространению книг, послужило зарождением института издательства. До появления издателей и непосредственных издательств, центральной фигурой книгопечатания и вместе с тем книгораспространения выступал печатник. Он отбирал рукописи для печатания и сам же их редактировал, управлял техническим процессом печатания, определял число экземпляров, продавал книги своим клиентам, вел все бухгалтерские счета. И если печатник не выполнял эти функции лично, то именно он находил финансы для найма людей, которым можно было бы поручить все эти процессы [19, C.85].  Постепенно ситуация начала меняться, и печатник превратился в «придаток» издателя. Именно издатели теперь стали заниматься отбором рукописей, а зачастую выявлением потенциально популярной темы, на которую можно было бы заказать книгу у того или иного автора.   Это привело к зарождению мысли о преимуществе учреждения, которое объединяло бы в себе опыт и редакторов, авторов, типографов, а также финансы предпринимателей. Так, уже к концу XV века начали появляться издательские дома. Первое издательство появилось в 1472 году в Милане, когда священник, школьный учитель, врач, юрист и печатник объединились для создания такой компании. Они не только спонсировали типографию, но и имели четкий план публикаций и сами устанавливали на них цены.  Так, ремесло печатника начинает отходить на задний план, и ключевой фигурой становится именно издатель, ведь его наследие заключается в выбранных им книг для печати, многих из которых перевыпускаются и по сей день. Однако некоторые их нововведения печатников заимствовать издатели. Например, появлению книжных буклетов и каталогов мы обязаны именно печатникам. Они первыми стали выпускать каталоги выпущенных ими книг.  В то же время стали появляться первые бестселлеры. Главным критерием успеха книги тогда выступали количество изданий и размер тиража. Однако при анализе не всегда стоит доверять лишь количеству экземпляров, так как на протяжении всей истории книгопечати существовали книги, напечатанные небольшим тиражом, но имевшие огромное влияние на общество (например, «Капитал» Карла Маркса). Вместе с тем эти данные дают представление об образе мыслей и предпочтениях той эпохи.  Первым известным нам бестселлером того времени является книга «О подражании Христу» Фомы Кемпийского, выпущенная на немецком, французском, итальянском и других языках, и ставшая самой популярной книгой после Библии. Это свидетельствует о том, что в обществах нового времени все еще сильно был распространен именно религиозный образ мысли. К середине XVI века случаи, когда печатник выполнял все функции, необходимые для того, чтобы книга дошла до покупателя, стали единичными и фигура издателя окончательно закрепилась в обществе. В это же время происходит еще одна трансформация читающей публики – она расширяется и ее вкусы меняются. Издатели и авторы должны отвечать на спрос со стороны новых читателей с новыми вкусами, которые кардинально отличаются от однородной публики из священнослужителей, ученых и утонченного дворянства [19, C. 113]. В частности женщины и дети дают издателю возможность увеличить свои тиражи и, соответственно, прибыль. Конец XVIII – начало XIX века стал решающим в истории книгоиздания. Во-первых, изменилась техника книгопечатания – она стала более совершенной, что позволило сделать книги еще более дешевыми и доступными. Во-вторых, массовая грамотность создала массовый спрос на книги, при чем самых разных жанров. Благодаря массовому спросу на книги, издательства и книжных рынок все больше расширялись, что способствовало экономической стабильности данной отрасли.  В начало XIX века издательское дело окончательно сформировалось как отдельная профессия. О достигнутой в начале XIX века стабильности можно судить по большому количеству фирм, доживших до наших дней: Longman, Rivington, Constable и Murray, Appleton, Garnier, Chambers и другие.  Однако экономическая успешность данного бизнеса стала привлекать абсолютно новую категорию людей – которые, в первую очередь, хотели получать прибыль от книг. Как раз в XX веке устоялось такое понятие как бестселлер – продажа огромного количества экземпляров в первый месяц продаж. К середине XX века продажи таких книг могли составлять пол миллиона. Возможность получения денежной прибыли привлекла в эту отрасль бизнесменов, которые относились к книгам лишь как к товару, что повлекло за собой массовое ухудшение качества книг, так как преимущественно стала выпускаться литература развлекательного характера, направленная на массовую аудиторию. Корпорации стали скупать издательства и навязывать им свою политику при выборе книг для издания. Андре Шиффрин в своей книге «Легко ли быть издателем?» описывает такую ситуацию: «В нашем случае было очевидно, что владельцы компаний стремились не только отделаться от инакомыслящих, но и дать понять: никакой альтернативы нет. Корпорация и ее политика – выше всякой критики… Единственным возможным средством против подобного самоуправства является критика со стороны прессы и общества. Вот только подобные стороны деловой жизни редко обсуждаются публично» [18, C. 126]. Он также отмечает, что борьба на литературном рынке теперь ведется не на равных [18, C. 132]. Те, кто обладает больший экономическим капиталом, имеют больший доступ к распространению своей литературы, какого бы качества она не была. В то время как издательства, которые продолжают ставить своей целью просвещение и культурное развитие общества, редко обладают большим денежным капиталом, соответственно им сложнее противостоять гигантам, которые практически монополизируют рынок и ограничивают к нему доступ. Именно это также повлияло на цену книг, так как новые издатели прежде всего стремятся получить крупную прибыль, книги стали дороже и менее доступными для широких масс.                   
В данной статье рассматривается история развития книгопечатания и книгораспространения в Европе. Описывается, как изобретение Гутенберга привело к массовому производству и распространению книг, а также как менялся состав читателей и как это повлияло на издательское дело. Также автор обращает внимание на то, что в начале XIX века в этой отрасли доминировали бизнесмены, которые стремились получить прибыль от книг, а не способствовать культурному развитию общества.