1.3.
Любое правовое явление необходимо соотносить с системой правовых принципов, существующих в той или иной отрасли законодательства. Процессуальное поведение лучше всего раскрывается через призму таких принципов как добросовестность, состязательность, диспозитивность и равенство сторон. Соответственно, необходимо обосновать те принципы, которые лежат в основе феномена процессуального поведения в гражданском судопроизводстве. Отметим, что и ГПК РФ, и АПК РФ содержат оговорки о том, что «лица, участвующие в деле, должны добросовестно пользоваться всеми принадлежащими им процессуальными правами», однако более подробно это не детализируется. Возможную причину для такого подхода высказала Н.А. Чечина: «Требование добросовестно пользоваться предоставленными правами носит не правовой, а морально – этический характер». Развивая эту позицию, М.Ф. Лукьяненко отмечал, что нормы морали и нравственности играют существенную роль в установлении содержания оценочных понятий таких как добросовестность, которые, в свою очередь, наиболее близки к мере правовой свободы субъектов правоприменения по выбору варианта поведения. В целом, процессуальное поведение сильно завязано на добросовестности, именно по этой причине ключевыми для понимания структуры процессуального поведения являются понятия «добросовестное» и «недобросовестное» процессуальное поведение. Так, можно задастся вопросом, а как может суд доверять лицу, которое вело себя недобросовестно, всячески пытаясь помешать отправлению правосудия. И получается, что логично предположить порочность правовых оснований, которыми руководствуется недобросовестный участник процесса. Наравне с принципом добросовестности необходимо рассмотреть принцип состязательности сторон, ведь, как было отмечено ранее, именно состязательность позволяет сформировать феномен процессуального поведения. В основе возбуждения процесса лежит материально правовое требование истца к ответчику, обращенное через суд.  Суд не вправе действовать без предъявления иска также, как и выходить за пределы заявленных истцом требований. Судья сам не собирает доказательств и справок, а решение выносит на основе тех материалов, которые представлены сторонами. Так А. А Ференс-Сороцкий отмечал, что в процессе позволяется сторонам самим собирать и предъявлять доказательства, но, прежде всего, предполагает, что стороны свободно сами распоряжаются своим материальным правом и средствами его защиты. Следовательно, вопрос о средствах и способах защиты находится в области автономии воли субъектов права. Суд не вправе самостоятельно узурпировать автономию воли сторон, дополнять и изменять ее. Сторона может выдвигать только те аргументы и доказательства, которыми сама желает воспользоваться, а не те, которые могут быть представлены в принципе.  В этом контексте важно отметить, что доказательства не могут появиться в процессе «сами по себе» в отрыве от автономии воли сторон, за редкими исключениями, содержащимся в законе. Следовательно, появлению доказательства предшествует волевой акт субъекта, который направлен на привнесение новых сведений в процесс. У такого акта есть кауза, он предполагает осознание лицом правовых последствий его действий, а также возможность для суда и других лиц, участвующими в споре, оценить по своему внутреннему убеждению представленные доказательства. Резюмируя отметим, что доказательства могут появиться в процессе только по воле сторон, участвующих в споре. Воспроизводство доказательств вне процессуального поведения невозможно.  Схожую мысль высказывал Т.М. Яблочков, утверждая, что активное вмешательство суда в автономную сферу сторон приводит к недоразумениям, когда суд начинает использовать те аргументы, выдвигать которые ни одна из сторон не желала.  Стоит согласиться с Т.М. Яблочковым, который полагал, что активное вмешательство суда открывает широкие возможности для судебного произвола. Таким образом, ученый склоняется к тому, что принцип состязательности дает стороне процесса права свободно использовать доказательства, при этом «предполагается, что ни одна из сторон не пытается ничего скрыть ни от суда, ни от противника».  Отличительной особенностью гражданского права, которая нашла свое продолжение и в гражданском процессуальном праве, является автономия воли субъектов, а также произвольность реализации гражданских прав. Процессуальное законодательство закрепляет за участниками процесса правомочия действовать или бездействовать по своему личному усмотрению и тем образом, который будет выбран с точки зрения внутреннего убеждения субъекта правоотношений. Автономия воли — это двойственный феномен, который предполагает, как внешнее, так и внутреннее проявление. Воля формируется внутри субъекта, а выражается в процессуальных действиях. Реализацию своих гражданских прав субъекты процессуальной деятельности осуществляют самостоятельно, точно также вопрос выбора процессуальных средств защиты прав зависит только от самих лиц, руководствующихся автономией воли и формирующим ее внутренним убеждением. «Почин, продолжение и окончание каждого дела должны зависеть от их действий».  Это ещё раз подтверждает приведенный выше тезис, что при таких обстоятельствах суд ограничен при разрешении спора последствиями процессуального поведения сторон, выразившихся в появлении новых доказательств по делу. Принцип диспозитивности, который действует во всех стадиях процесса, является основополагающим положением гражданского и арбитражного судопроизводства, в соответствии с которым лица, заинтересованные в исходе дела, имеют возможность влиять на движение арбитражного процесса, распоряжаясь предметом спора и самостоятельно реализуя предоставленные законом процессуальные права, которые направлены на ведение, развитие и окончание судопроизводства.  Диспозитивность принято делить на три составляющих: Формальная диспозитивность - господство сторон над внешним ходом процесса;  Материальная диспозитивность - господство сторон над материальным объектом спора; Доказательственная диспозитивность - свобода распоряжения доказательствами.  Процессуальное поведение в целом основано на принципе диспозитивности.  Диспозитивность обуславливает процессуальное поведение в том смысле, что лицо свободно совершать любые действия, которые прямо не запрещены законом. Однако возникает вопрос, дает ли это субъектам процесса образовывать новые процессуальные формы, непроизведенные в кодексе. Практика говорит, что такой подход в целом возможен. Так как процесс является отражением материально-правовых отношений, которые в свою очередь постоянно изменяются и приобретают новые формы, нельзя сказать, что процессуальный закон исчерпывающие описал все инструменты для разрешения спорных ситуаций. Более того, являясь отражением материальных отношений, процесс обновляется параллельно с ними.  Подводя итог, отметим, что процессуальное поведение обуславливается принципами процесса. Именно они устанавливают рамки процессуального поведения, а также определяют сам процесс. Процессуальное поведение же, в свою очередь, должно оставаться в рамках принципов процесса. 
В гражданском процессе основополагающими принципами являются: 
1. Добросовестность - лицо, участвующее в деле, должно добросовестно пользоваться всеми принадлежащими ему процессуальными правами.
2. Состязательность - стороны имеют равные права и возможности для участия в процессе, а суд не вправе действовать без предъявления иска.
3. Диспозитивность - стороны имеют возможность влиять на ход процесса, распоряжаясь предметом спора и самостоятельно реализуя предоставленные законом процессуальные права.
4. Равенство сторон - лица, участвующие в деле, равны перед законом и судом.