1.2 Основные этапы и тенденции эволюции партийно-политической системы ФРГ в XXI веке
В процессе эволюции партийно-политической системы Федеративной Республики Германии в XXI веке, на наш взгляд, можно выделить три этапа. Первый этап охватывает период 1998-2005 гг. и может быть охарактеризован доминированием двухблочной системы (ХДС/ХСС и СвДП против СДПГ и «Зеленых») с преобладанием социал-демократов, на протяжении которого у федеральной власти впервые находилось красно-зеленое правительство, пришедшее на смену христианско-либеральному. Несмотря на то, что изначально объединение Германии в 1990 году показало высокую степень стабильности германской партийной системы, оно создало потенциал для существенного изменения характера партийной конкуренции в ближайшей перспективе. Такие изменения произошли в результате федеральных выборов 1998 года, на которых большинство голосов получила Социал-демократическая партия Германии, что позволило ей сформировать левоцентристскую правительственную коалицию с партией «Союз 90/Зеленые» во главе в Герхардом Шредером, тем самым сменив находящуюся у власти на протяжении шестнадцати лет коалицию ХДС/ХСС и СвДП, возглавляемую Гельмутом Колем. Первый раз в истории Федеральной Республики действующее правительство в полном составе потеряло свои полномочия в результате непосредственного поражения на выборах, а обе партии правительственной коалиции ушли в оппозицию. Предыдущие смены германского правительства в 1966, 1969, 1982 гг. происходили только с частичной заменой партнеров по коалиции. Главной темой избирательной кампании была проблема безработицы, к которой правительство ХДС/ХСС и СвДП было наиболее уязвимо к критике со стороны оппозиции. К началу 1998 года более 5 миллионов немцев являлись официально безработными, что в два раза превышало показатели 1990 года. Высокий уровень безработицы спровоцировал рост бедности и числа получателей социальной помощи, что не могло не отразиться на уменьшении уровня благосостояния. Христианские демократы также потеряли поддержку восточных немцев, которые прежде голосовали за ХДС на выборах 1990 и 1994 гг., так как уровень безработицы в Восточной Германии к этому времени почти в два раза превышал средний по стране. В то же время, избиратели желали перемен в немецком обществе, устав от продолжительного срока правления Г. Коля.  В целом, на выборах 1998 году наблюдалась тенденция к сближению западного и восточного электоратов, которая не была заметна в период 1990-1994 гг. На Западе можно было наблюдать постепенное ослабление традиционных симпатий избирателей: одновременно с общим снижением численности основных электоратов партий (посещающие церковь католики для ХДС/ХСС и профсоюзные рабочие для СДПГ) уменьшилась и степень партийной лояльности. Избиратели стали в меньшей степени привязаны к традиционной партии своей социальной среды и более склонны отдавать свои голоса за другие партии. В то же время, на Востоке, где большой популярностью пользовалась ПДС, избиратели не имели аналогичной традиции политической социализации, поэтому на выборах в бундестаг в 1990 и 1994 гг. предпочтение восточногерманского рабочего класса было отдано ХДС, а СДПГ, наоборот, получил поддержку со стороны среднего класса. Однако к выборам 1998 года восточные избиратели, которые ранее поддерживали ХДС, также находились в поисках альтернативы, в связи с чем уровень поддержки христианских демократов снизился от 52% до 32%, что приблизительно соответствовало показателям в Западной Германии.  Христианско-демократический союз нашел себя в глубоком внутреннем кризисе. В дополнение к поражению на федеральных выборах, в 1999 году бывший лидер партии и знаменательная фигура в немецкой политике Г. Коль был обвинен в незаконном присвоении частных пожертвований, используемых партией в течение 1990-х гг. В связи с этим, ведущие представители ХДС Г. Коль и Вольфганг Шойбле, который в тот момент занимал пост генерального секретаря партии и был вынужден уйти в отставку, потеряли свое политическое влияние. Новым лидером ХДС в 2000 году была избрана Ангела Меркель.  Внутри СДПГ также назревал внутрипартийный конфликт. Разногласия между канцлером ФРГ Г. Шредером и лидером партии, и министром финансов в красно-зеленом правительстве Оскаром Лафонтеном по экономической политике возобновились. Если О. Лафонтен выступал за повышение зарплат, увеличение социальных пособий и снижение процентных ставок, то Г. Шредер был нацелен на повышение конкурентоспособности немецкого бизнеса в мировой экономике. В результате конфликта О. Лафонтен покинул пост председателя партии и министра финансов в марте 1999 года. Лидерство СДПГ перешло к Г. Шредеру.  Успешная экономическая и социальная политика обновленного кабинета Г. Шредера, а также финансовый скандал вокруг «черных партийных касс» ХДС увеличивали шансы на переизбрание правящей коалиции. Однако под влиянием внешних факторов, экономика Германии оказалась в подвешенном состоянии: экономический рост не превысил 1%, а уровень безработицы увеличился. В результате СДПГ утратила лидерство в общественных опросах, а рейтинг ХДС/ХСС наоборот вырос. Все же ситуацию удалось сгладить благодаря отказу правительства Г. Шредера от проведения военной операции в Ираке, а также масштабному наводнению в Германии в августе 2002 года.  В итоге парламентских выборов 2002 года обе «народные партии» получили равное количество голосов – 38,5%. Дальнейшую судьбу правительственной коалиции определила партия «Союз 90/Зеленые», которая получила рекордные 8,6% голосов, гарантировав второй срок красно-зеленого правительства, в то время как свободные демократы получили 7,4%. Такой исход выборов стал еще одним признаком растущей переменчивости немецких избирателей. Начатые вторым красно-зеленым правительством в 2003 году непопулярные социальные реформы еще сильнее ослабили позиции обеих правящих партий. Потеря доверия к СДПГ значительно усугубилась представленной Г. Шредером программой «Повестка дня – 2010», которая для многих избирателей стала синонимом социальной несправедливости. «Повестка дня – 2010» была направлена на стимулирование экономической активности и консолидацию бюджета, создание рабочих мест и оздоровление экономики, предоставление социального обеспечения по старости и по болезни.  В то время как реформы, предусматривающие сокращение расходов на социальные программы, были положительно встречены бизнесом и консервативными политиками, они вызвали недовольство у германских профсоюзов и левых. В связи с этим СДПГ проиграла несколько выборов на региональном уровне в правительства федеральных земель, в том числе, в традиционном оплоте социал-демократов земле Северная Рейн-Вестфалия, где СДПГ получила 37,1% голосов, потеряв 5,7% по сравнению с выборами 2000 года и отдав лидерство в регионе ХДС.  Столкнувшись со значительным сопротивлением своей политике и утратой поддержки со стороны населения, Герхард Шредер покинул пост председателя СДПГ в 2004 году и в конечном итоге инициировал рассмотрение вопроса о недоверии правительству с целью распустить парламент. Бундестаг, в свою очередь, вынес вотум недоверия правительству Г. Шредера. В результате Президент Федеративной Республики Хорст Келер распустил парламент и назначил внеочередные федеральные выборы на сентябрь 2005 года.  Второй этап эволюции партийно-политической системы Германии в XXI веке приходится на период 2005-2013 гг. Ключевым трендом в этот период является постепенное уменьшение поддержки традиционных партий ХДС/ХСС и СДПГ и более фрагментированный партийный ландшафт. Федеральные выборы 2005 года привели к формированию второй в истории ФРГ «большой коалиции». Блок христианских партий ХДС/ХСС получил 35,2% голосов, в то время как СДПГ с разницей ровно на 1% получил 34,2%. Вскоре после выборов обсуждались различные варианты формирования коалиционного правительства, так рост числа представленных в бундестаге фракций вынудил партии выйти за рамки существовавшей двухблочной системы в поисках нового большинства. Для того, чтобы сформировать коалицию, в которой одна из «народных партий» выступала бы в роли доминирующего партнера, были необходимы два младших партнера, а не один, как прежде. Существовала возможность вступления свободных демократов, получивших 9,8% голосов, и «Зеленых», за которых было отдано 8,1% голосов, либо в коалицию «светофор» с СДПГ, либо с ХДС/ХСС в коалицию «Ямайка». Однако это оказалось политически невозможным. Поэтому, не достигнув компромисса в переговорах с малыми партиями, было принято неизбежное решение сформировать коалиционное правительство между блоком ХДС/ХСС и СДПГ во главе с федеральным канцлером Ангелой Меркель. Кроме того, в результате выборов 2005 года оформилась национальная пятипартийная система – из двух «народных партий» и трех малых. В январе 2005 года бывшие члены СДПГ, несогласные с политикой Г. Шредера, к которым позже присоединился О. Лафонтен, основали левую социал-демократическую партию «Труд и социальная справедливость – Избирательная инициатива» (WASG). На федеральных выборах 2005 года WASG и ПДС, которой так и не удалось интегрироваться в общегерманскую партийную систему в долгосрочной перспективе, оставаясь внутри восточногерманской политики, объединились в избирательный альянс Левая партия, который получил 8,7% голосов и 54 мандата в бундестаге соответственно. Это послужило началом слияния обеих партий, которое завершилось в 2007 году, в результате чего была создана Левая партия Германии.  Несмотря на более низкий мобилизационный потенциал двух «народных партий», тот факт, что СДПГ получила на выборах 2005 года результат лучше ожидаемого, отчасти был достигнут благодаря способности партии по-прежнему привлекать лояльных социал-демократических избирателей, вопреки ее непопулярной среди этих групп экономической политики. С одной стороны, традиционный основной электорат партий уменьшается, тем не менее, при всех социальных изменениях и ослаблении связей между партиями и социальными группами, эти связи не исчезли полностью: СДПГ продолжает поддерживать связь с рабочей средой, в то время как ХДС/ХСС все еще получают поддержку от посещающих церковь христиан. Сотрудничество в рамках «большой коалиции» не устранило ярко выраженную конкуренцию между христианскими демократами и социал-демократами, что привело к возникновению противоречия между необходимостью взаимодействовать друг с другом для проведения новых реформ и желанием перейти к конкурентной борьбе, особенно в преддверии выборов в парламенты федеральных земель.  Межпартийные разногласия внутри правительства повлекли падение рейтинга популярности правящих партий, особенно в случае социал-демократов. Если в течение осени 2005 года согласно общественным опросам рейтинг ХДС/ХСС составлял 37%, а СДПГ – 35%, то с начала 2006 года позиции СДПГ начали стремительно ослабевать: к апрелю 2006 года уровень поддержки СДПГ снизился до 31%, а в месяцы, предшествующие следующим федеральным выборам, рейтинг опустился до 25%. Для христианских демократов средний уровень поддержки за этот период составлял 38,4%. Таким образом, партии «большой коалиции» не смогли стабилизировать и укрепить свои позиции в партийно-политической системе Германии за время своего правления. Более того, для СДПГ участие в коалиционном правительстве завершилось историческим избирательным провалом. Причины такого падения влияния социал-демократов во многом заключались в неолиберальном повороте партии в 2003 году, который способствовал появлению и консолидации более сильного конкурента левее СДПГ в лице Левой партии, целенаправленно стремившейся мобилизовать избирателей, которые прежде относили себя к традиционному электорату СДПГ, но почувствовали разочарование в программе реформ «Повестка дня – 2010» Г. Шредера. Левой партии удалось добиться значительных успехов на выборах в федеральных землях в 2008-2009 гг., в результате которых Левая партия получили представительство в двенадцати ландтагах, включая старые федеральные земли.  Кроме того, конец эры Герхарда Шредера в партийном руководстве привел к кризису лидерства внутри СДПГ: в период 2005-2009 гг. партия прошла через три смены руководства.  На фоне потери доверия избирателей к способности партий «большой коалиции» проводить актуальные реформы и эффективно разрешить сложившуюся в результате мирового экономического и финансового кризиса ситуацию росла популярность малых партий, находящихся в оппозиции на национальном уровне. Результаты федеральных выборов 2009 года подтвердили продолжающуюся тенденцию к фрагментации. Количество голосов, отданных за блок христианских партий ХДС/ХСС, упало до 33,8%, в то время как СДПГ получила рекордно низкие 23% голосов. Такой избирательный провал социал-демократов являлся прямым отражением глубокого кризиса, в котором себя нашла Социал-демократическая партия во второй половине 2000-х гг. Настоящими победителями выборов 2009 года стали малые партии: СвДП получила 14,9%, что является ее лучшим результатом, Левая партия – 11,9%, а «Союз 90/Зеленые» – 10,7% голосов.  Таким образом, «народные партии» продолжили терять свое влияние, в то время как все большее число разочарованных политикой «большой коалиции» избирателей решили поддержать малые партии – СвДП, Левую партию и «Зеленых». Доминирующие в течение многих десятилетий ХДС/ХСС и СДПГ больше не могли рассчитывать на свой лояльный электорат предоставить им решающее большинство голосов. Партийная система Германии под влиянием переменчивых симпатий избирателей стала действительно плюралистической. При этом явка избирателей на федеральных выборах достигла беспрецедентно низкого показателя в истории ФРГ – 70,8%. Такая низкая явка могла быть в значительной степени вызвана сравнительно малоинтересной предвыборной кампанией в совокупности с всеобщим убеждением, что серьезных изменений в правительстве не предвидится: ожидалось, что ХДС/ХСС определенно останется у федеральной власти в коалиции либо с социал-демократами, либо со свободными демократами. После четырех лет «большой коалиции», которая на тот момент считалась исключением в немецкой коалиционной политике, ХДС/ХСС теперь сформировали классическую правоцентристскую коалицию со своим давним партнером СвДП, а Ангела Меркель сохранила пост федерального канцлера. Однако длительные и сложные коалиционные переговоры между партиями показали, что христианско-либеральная коалиция 2009 года – это не аналогичный вариант испытанной временем черно-желтой коалиции 1960-х гг. или 1982– 1998 гг.  Действительно, первый год коалиционного правительства отличился большим количеством межпартийных и внутрипартийных конфликтов, вызванных тем, что, с одной стороны, СвДП утратила стратегическую роль «делателя королей» и поэтому, несмотря на выдающиеся результаты парламентских выборов, не могла более рассчитывать на ту степень давления, которую она могла оказывать во время правительств Гельмута Коля, с другой стороны, Ангела Меркель не обладала таким же уровнем влияния над ХДС/ХСС как Г. Коль и следовательно не могла убедить консервативных политиков прийти к компромиссу с СвДП по таким вопросам как налоговая или внешняя политика. Многие немецкие избиратели вскоре почувствовали, что канцлер А. Меркель потеряла контроль над черно-желтой коалицией. Однако неустойчивость внутри правительства в большей степени отразилась на младших партнерах ХДС/ХСС по коалиции – свободных демократах, рейтинг поддержки которых начал стремительно падать. Тем не менее, ХДС тоже понесла потери: на выборах в ландтаг в федеральной земле Баден-Вюртемберг партия уступила лидерство «Зеленым», которые возглавили новое региональное правительство совместно с СДПГ, которая в этой красно-зеленой коалиции получила роль младшего партнера, во главе с первым «зеленым» премьер-министром в Баден-Вюртемберге и всей Германии. «Зеленые» успешно использовали ядерную аварию на АЭС Фукусима, которая произошла буквально за несколько недель до выборов, чтобы также увеличить популярность среди избирателей на национальном уровне. Следующий третий этап эволюции германской партийно-политической системы начинается в 2013 году и продолжается в настоящий момент. Главными тенденциями этого этапа являются рост фрагментация партийного ландшафта, неустойчивость политических предпочтений избирателей и повышенное внимание к новым партиям. Федеральные выборы 2013 года показали иную динамику по сравнению с предыдущими.  Блок ХДС/ХСС намного улучшил свои результаты, во многом благодаря положительному имиджу Ангелы Меркель. Партии христианского Союза одержали потрясающую победу, получив 41,5% голосов – их лучший результат с 1990 года – и 311 мест в бундестаге. До абсолютного большинства в парламенте христианским демократам не хватило всего 5 мандатов. СДПГ также немного увеличила свою долю голосов, получив 26%. В то же время, фавориты выборов 2009 года потеряли поддержку избирателей. Особенно это коснулось СвДП, которая, получив только 4,8% голосов, впервые за все время своего существования не смогла пройти 5-процентный порог в парламент и, следовательно, потеряла представительство в бундестаге нового созыва. Потери других двух малых партий были менее значительны: Левая партия получила 8,6%, а «Союз 90/Зеленые» – 8,4% голосов. Стоит отметить, что все три партии левого фланга СДПГ, Левая партия и «Зеленые» по итогам выборов заняли большинство мест в бундестаге, получив превосходство над партиями Союза, и могли сформировать правящую коалицию. Однако социал-демократы и «Зеленые» еще перед выборами, как и прежде, отказались вступать в коалицию на национальном уровне с Левой партией. В результате была сформирована третья «большая коалиция» между ХДС/ХСС и СДПГ. Однако главным событием выборов 2013 года стало появление в партийно-политическом ландшафте ФРГ новой партии – Альтернативы для Германии (АдГ). Название партии стало ответом на повторяющееся заявление А. Меркель, что ее политике в отношении кризиса еврозоны «альтернативы нет». Рост популярности АдГ обозначил новый раскол в немецкой политике. Первоначально Альтернатива для Германии возникла как антиевропейская партия, а затем постепенно переняла формулировки правого популизма. АдГ высказывалась против Евросоюза, еврозоны, мигрантов и беженцев. Ее антиистеблишментная риторика сопоставима с риторикой других правых популистских партий Европейского Союза, таких как, например, Национальный фронт во Франции или Партия свободы в Нидерландах.  Альтернатива для Германии была основана группой университетских профессоров и бывших политиков в феврале 2013 года как евроскептическая партия. Их предложения основывались на экономическом либерализме, германском ордолиберализме и идеях свободного рынка. Несмотря на то, что изначально АдГ была «партией одной темы», вскоре она нашла поддержку у групп правого толка и начала смещаться в сторону антииммиграционной позиции. До появления АдГ популистские партии правого толка в Германии добивались лишь незначительных результатов на выборах. Однако АдГ смогла справиться с этим давлением, дистанцируясь от предыдущих праворадикальных идеологий и позиционируя себя как партию, располагающую экспертными знаниями в области экономики и научным авторитетом. На федеральных выборах 2013 года Альтернатива для Германии получила 4,7% голосов, не набрав всего 0,3% для преодоления 5-процентного порога для прохождения в бундестаг. Тем не менее уже в следующем году на европейских выборах 2014 года в Европейский парламент АдГ выиграла 7 из 96 мандатов, принадлежащих Германии, а также получила представительство в ландтагах в трех федеральных землях ФРГ. Такой стремительный рост успеха на выборах был бы невозможен без широкой базы сторонников. В начальный период своей политической деятельности основной электорат АдГ, как правило, состоял из хорошо образованных и обеспеченных граждан. Начиная с 2014 года, Альтернатива для Германии пользуется большим всплеском поддержки от избирателей с низким уровнем дохода, среди которых большинство составляют молодые мужчины. В последующие годы база поддержки АдГ увеличилась в три раза от 5% до 15% в период 2015-2018 гг. Такой всплеск популярности во многом спровоцирован миграционным кризисом в Европе, который возник в сентябре 2015 года. В результате федеральных выборов 2017 года Альтернатива для Германии получила 12,6% голосов и вошла в состав бундестага в качестве шестой фракции. Впервые за более чем полвека крайне правая партия вошла в германский парламент, став при этом третьей по значимости партией в бундестаге. Левая партия и «Союз 90/Зеленые» получили 9,2% и 8,9% голосов соответственно, тем не менее улучшив предыдущие результаты, а СвДП удалось вернуться в парламент, получив 10,7% голосов. Сокрушительный провал на предыдущих выборах привел к отставке всего руководства партии, в результате чего новым лидером свободных демократов в декабре 2013 года был избран Кристиан Линднер, что положительно сказалось на рейтинге партии. В то же время, результаты выборов 2017 года вновь подтвердили многолетний тренд к падению популярности «народных партий»: ХДС/ХСС и СДПГ получили 32,9% голосов и 20,5 % голосов соответственно. СДПГ достигла худшего результата в своей истории, несмотря на нового лидера партии Мартина Шульца, выдвижение кандидатуры которого на пост канцлера Германии послужило кратковременным ростом поддержки социал-демократов в течение нескольких месяцев в начале 2017 года. «Народные партии», следовательно, набрали в общей сложности чуть более 53% голосов, показав худший результат за всю историю Федеративной Республики. Таким образом, предыдущие выборы 2013 года стали, скорее, исключением из общего правила, несколько обернув вспять процесс падения популярности «народных партий», чем новой тенденцией в развитии партийно-политической системы Германии.  Вместо привычных двух месяцев в этот раз формирование правительства потребовало намного больше времени. Сразу после выборов СДПГ, отказавшись при любых обстоятельствах вступать в новую «большую коалицию», официально ушла в оппозицию. В свою очередь, для ХДС/ХСС существовала возможность создания Ямайской коалиции совместно с либералами и «зелеными», однако потенциальное партнерство зашло в тупик, когда лидер СвДП внезапно объявил о выходе из переговоров. Таким образом, за неимением альтернативного варианта ХДС/ХСС и СДПГ после длительных переговоров все же вступили в вынужденную коалицию друг с другом. Новое правительство вступило в силу в марте 2018 года. Разногласия внутри правительственной коалиции, а также между союзными партиями ХДС и ХСС сказались на дальнейшем понижении рейтинга одобрения партий «большой коалиции». На этом фоне наблюдается значительный рост поддержки партий Альтернатива для Германии и «Союз 90/Зеленые». Более того, c тех пор, как проблема изменения климата заняла первое место в политической повестке дня, «Зеленые» даже опередили по популярности все остальные немецкие политические партии, включая партии правительственной коалиции. В то время как рейтинг ХДС/ХСС составил 26%, а СДПГ – 12%, то популярность «Зеленых» достигла 27%. Таким образом, процесс эволюции партийно-политической системы Германии в XXI веке можно разделить на три этапа, главными тенденциями которых являются рост фрагментации партийной системы, снижение популярности «народных партий», появление новых политических партий и значительно усложнившийся процесс формирования правительственных коалиций. Такие изменения связаны, в первую очередь, с происходящими социальными переменами, которые повлияли на электоральные предпочтения избирателей, поднимая актуальные вопросы на повестку дня и формируя новые партийные лояльности. 
В Германии в течение последних двадцати лет наблюдается постепенное изменение характера партийной конкуренции. В период с 1998 по 2018 год в партийно-политической системе ФРГ произошли три основных изменения: рост фрагментации, появление новых партий и усиление влияния популистских движений.