2.1.4. купольные базилики
Первую теорию заложил в начале XX века крупнейший немецкий историк византийского искусства Оскар Вульф. Он считал, что крестово-купольный храм произошел из эволюции купольной базилики. Рукава купольной базилики, появившиеся еще в VI веке, стали сокращаться. И, наконец, мы с вами видим в «темные века» на примере храма Успения в Никее, что они стали совершенно одинаковы, и мы имеем греческий равноконечный крест. Уже с самого начала возникновения публичного христианского строительства, т.е. с начала IV в., возник вопрос, как оформлять архитектурно те места, которые отличаются особой святостью, например, места ключевых событий Священного Писания или погребения святых. Обычно на таких местах прежде возводили центрические мартирии. Но в случае наиболее популярных святынь недостаточно было одного здания для их почитания – требовалось и помещение для евхаристического богослужения, которое, в IV-V вв. совершалось обычно в базилике. Проблема соединения купольного мартирия и базилики впервые стала решаться в постройках эпохи императора Константина и его матери Елены, воздвигавшихся в 330-е гг. на Святой земле. Решением проблемы соединения купола и продольного пространства, определившим основной путь развития византийской архитектуры кон. V – нач. IX в., стала купольная базилика. По своей сути, это трёхнефная базилика со сводами, где над центральным нефом – сперва на востоке, а с VI в. По центру – воздвигается купол – для этого часть колонн заменяется мощными столпами, способными принять на себя тяжесть купола и подпружных арок. Одна из первых купольных базилик, судя по дошедшим до наших дней памятникам, возникла далеко от Константинополя и других крупных центров империи, на юго-востоке Малой Азии, в провинции Киликия, которая в культурном и церковном контексте зависела от Сирии. Это храм св. Феклы близ Селивкии Киликийской. И так как от храма остались лишь руины, судить о нём можно лишь по плану: в середине колоннад, разделяющих нефы, были поставлены мощные столпы, которые вместе с примыкающими в апсиде стенами – заплечиками – принимали на себя тяжесть купола. Но чтобы не разрушиться от нее, они передавали часть этой нагрузки через арки как на стены, так и на дополнительные малые столпы в западной части колоннад. При этом сама колоннада была сохранена, хотя западной части колонны чередовались через одну со столпами, а в восточной части колонны уже не несли на себе перекрытий, но стали своеобразной стеной под большими подпружными арками. Об облике купольных базилик конца V в. Можно судить по восточному храму монастыря Ападнас – современный Алахан Манастир – в Исаврии, который процветал благодаря своему расположению на главной дороге через горный хребет Тавр, отделявший Центральную Анатолию от Киликии и Сирии. Центральный неф в нём, как и обычно, шире и выше боковых, разделённых к тому же на два яруса, но колонн здесь осталось всего по две – под боковыми подпружными арками, а их место заняли крестчатые в плане столпы. Однако, чтобы сохранить эффект базиликальности, архитектор прислонил к этим столпам колонны и полуколонны. Заменяющий купол восьмигранный шатёр был помещён над восточной частью центрального нефа, однако благодаря развитой восточной части храма, включающей в себя главную апсиду с пространством перед ней – вимой, двухчастные боковые пастофории и даже апсиды в концах боковых нефов, он оказался центром постройки, уравновешивая облик всего здания.  С точки зрения строительной техники и декорации восточный храм Ападнаса принадлежит к киликийско-сирийской архитектурной традиции: каменная кладка стен и сводов, великолепный резной портал, тройное окно на западной стене, подковообразные подпружные арки. Разрушение сводов позволило увидеть конструкцию здания – стены подкупольного квадрата и две перемычки-мембраны к западу, опирающиеся на столпы. Внутри заметна базаликальность здания, подчёркнутая двумя ярусами колонн, а обратив взор вверх – можно увидеть основание шатра. Чтобы перейти к его восьмиграннику от подкупольного квадрата, через его углы перекинуты тромпы, созданные здесь по сирийской традиции – в форме полукруглой ниши с колонками. Переход купольной базилики к полусферическому куполу произошёл уже в VI в., и был связан во многом с архитектурой эпохи Юстиниана I и поисками перехода от квадрата основания к кругу завершения. Друга тенденция купольных базилик VI в. – усложнение типологии за счёт постановки купола на иные типы базилик, помимо привычной трёхнефной. При этом купол помещается по-прежнему над восточной частью центрального нефа, освещая расположенный перед апсидой престол: таким образом, два главных символических центра храма, купол-небо и алтарь-Престол, оказываются на одной вертикальной оси. Пример такого типа купольной базилики – храм в македонских Филиппах, построенный около 540 г., к сожалению, до наших дней дошедший в руинированном виде. В этом храме купол был водружён на трёхнефную базилику с трансептом, а над боковыми нефами а нартексом устроены хоры. Распор купола частично передавался на пилястры у боковых стен, а с восточных опор, встроенных в заплечики апсиды, - на её контрфорсы.  Храм построен с использованием разных типов кладки: столпы выложены из отёсанного камня, арки из плинфы, а западная стена – в смешанной технике opus mixtum. Также храм отличается пышной архитектурной декорацией: западная стена экзонартекса имела вид колонного портика, а восточная была разделена изысканными полукруглыми нишами. Важную роль в украшении играли колонны из чёрно-белого «кельтского» мрамора и тонкая резьба, в том числе двухчастных капителей. Новый этап в истории купольной базилики, и византийской архитектуры в целом, наступает в 532-537 гг. со строительством Святой Софии Константинопольской. В этом грандиозном соборе, в котором тоже присутствуют черты купольной базилики, купол впервые смещается не просто на центр постройки, а именно на середину центрального нефа, как в стандартном «купольном зале» с тремя травеями), что Ганс Бухвальд назвал «поворотной точкой в византийской архитектуре». Это смещение купола на центр здания очень важно эстетически, потому что придаёт ему окончательное равновесие, нивелируя вместе с тем динамику базиликальности и становясь новым центром храма. Св. София, как главный храм империи, не мог не повлиять и на облик «купольных базилик» в провинциях.  Этот новый тип купольной базилики, с куполом посередине центрального нефа, стал настолько популярен, что быстро дошёл даже до окраин Империи. Этот тип базилики можно встретить и в таком важном центре, как Эфес – перестроенная из базилики церковь Богородицы – и в глубине сирийской пустыни, современный Каср-ибн-Вардан – с казармами, дворцом и храмом, относящимся к 561-572 гг. Дворец и храм возведены в технике opus mixtum, которая не типична для Сирии и указывает на влияние Константинополя, хотя перемежающийся с базальтом кирпич сирийского типа – скорее всего, местные мастера работали здесь под руководством константинопольского архитектора. Сам храм Каср-ибн-Вардана имеет также типичный для Сирии облик: со вписанной в прямоугольный абрис здания апсидой и двумя пастофориями по её сторонам. По своей конструкции этот небольшой храм представляет минимально возможный вариант «купольной базилики». Подпружные арки купола опираются не на столпы, а на небольшие выступы стен между нефами, которые только в середине прорезаны тройной аркадой на коринфских колоннах. Но даже в таком небольшом здании над боковыми нефами и нартексом предусмотрены хоры, которые были неотъемлемой частью византийской купольной базилики. Новый тип купольной базилики с куполом в центре также стал видоизменяться. Примером может стать собор Богородицы Экатондопилиани или Катополиани на острове Парос. Сперва здесь был построен храм св. Николая – маленькая, но при этом двухъярусная купольная базилики с тремя нефами, где поставленный в середине нефа купол был таким небольшим, что западные подкупольные столпы второго яруса опираются внизу на колонны, а точнее, на арки между ними, придавая интерьеру еще большую базиликальность. Места для колонн под подпружными арками на втором ярусе, таким образом, нет, и они, вместе со сводами за ними, полностью раскрываются в наос наподобие рукавов креста. Такой тип купольной базилики, с опиранием купола через столпы на колонны и раскрытием рукавов креста во втором ярусе, будет встречаться и позднее – например, храм во фракийском Визе.  Не позднее середины VI в. небольшой по размерам храм св. Николая был встроен в комплекс, центром которого стала огромная церковь Богородицы. Эта церковь, вероятно, спроектирована столичным архитектором, и её можно обозначить как двухъярусную купольную базилику с трансептом, но, за счёт большой вимы перед апсидой, здесь создаётся полноценный восточный рукав, а наос становится крестообразным, с куполом по центру. Таким образом, северная и южная части трансепта, с дополнительным обходом из столпов и колонн, также превращаются в рукава креста, хотя и более короткие, чем восточный и западный – остатки центрального нефа. С юга к собору был пристроен баптистерий в виде еще одной купольной базилики, как храм св. Николая, но только с четырьмя полноценными столпами и прямоугольными столбиками вместо колонн – такая сложность архитектурных форм явно свидетельствует о столичном влиянии. Однако в соборе Экатондопилиани сочетаются как элементы сложной столичный архитектуры с весьма провинциальными элементами, такими как чисто каменная кладка с почти полным отсутствием кирпича, двойными окнами бифориями и восьмигранным барабаном лишь с четырьмя окнами, что меркнет в сравнении с сорока окнами купола Софии Константинопольской. В интерьере храма также присутствуют элементы столичной архитектуры – обегающие наос хоры и множество мраморных деталей. Но обработка и пропорции указывают на упрощение столичной модели – например, завершённый плоским архитравом второй ярус настолько ниже первого, арочного, что проёмы хор превращаются в узкие прямоугольные щели. Своды низких хор опираются не на пилястры, а на выступающие из стены консоли.  Тип купольной базилики с переродившимися из трансепта боковыми рукавами, создавший пространственный образ главного христианского символа – креста, оказался востребован и стал конкурировать с её классическим вариантом. Примером может стать история храма Богородицы в памфилийской Атталии. Его изначальный план VI в. Был похож на план главной церкви Экатондопилиани, с единственной разницей – крестообразное ядро с короткими боковыми рукавами было вписано в общий прямоугольный абрис, стены восточного рукава прорезаны двойной аркой с колонной, а всё здание имело деревянный перекрытия, в том числе шатёр. Но после нескольких перестроек здание претерпело кардинальные изменения, которые происходили в несколько этапов – сперва колонны были частично убраны, а тонкие крестчатые столпы и другие опоры усилены, чтобы нести своды вместо деревянной кровли. Позднее, в XIII-XIV вв., под боковыми подпружными арками были сложены мощные столпы, два с юга и один с севера, превратившие храм в купольную базилику обычного типа. Схожей перестройке подвергся и храм Св. Ирины в Константинополе. Изначально, согласно реконструкции, это было купольная базилика самого раннего типа, без рукавов и с куполом над восточной частью центрального нефа, над западной частью располагался свод, а боковые нефы были отделены двухъярусной колоннадой. Но после землетрясения в 740 г. или около 800 г., храм был перестроен, начиная со второго яруса, причём довольно радикальным образом. Прежде всего, над западной частью центрального нефа был устроен купольный свод неправильного плана, затем, хотя в первом ярусе колоннады были сохранены, а число колонн даже увеличилось, на хорах от них отказались вообще, раскрыв своды по бокам от главного купола и создав таким образом пространственный крест. При перестройке в «тёмные века» многие формы Св. Ирины были упрощены – атриум сократился, в пастофориях появились двойные окна, типичные для провинциальной архитектуры, а вместо огромных окон, в том числе термальных, боковые стены оказались прорезаны рядами более мелких окон. Однако сохранился основной принцип столичной архитектуры – каркасность конструкции, где вся тяжесть арок и сводов ложится на мощные столпы, между которыми ставятся тонкие стены-мембраны, зачастую представляющие собой почти сплошное окно.
Византийская архитектура, как и любая другая, развивалась по своим законам. И если в античности и раннем Средневековье господствовали формы, определявшиеся потребностями конкретного региона, то в эпоху Возрождения и Нового времени архитекторы стали искать новые пути, которые могли бы удовлетворить потребности всех. В этом смысле архитектура Византии – не исключение.